Твердила: деревья машут – и дует ветер;
твердила: в белом нет ни конца, ни края;
и в сказки верят листья, коты и дети,
а в белое вышла в марте соседка Рая.
Я ей молчал о том, что я тоже – листья;
я ей молчал: коты – это та же мантра,
вот только дети рисуют ее не кистью:
глазами; смеялась, злилась, винила Канта
за трансцендентный бред, за мигрень, кастрюли;
за то, что небо смотрит глазами всеми
в синяк соседа, который – «дерьмо из пули»
наоборот; что спит головой на север.
Я говорил: да, Кант, да, законы – дышло;
да, в кой-то срок зима, да и та сырая,
а сам молчал, что вчера она тоже вышла…
Все удивлялся: в белом… конца… и края…
Над полями, лесами, болотами,
Над извивами северных рек
Ты проносишься плавными взлетами,
Небожитель - герой - человек.
Напрягаются крылья, как парусы,
На руле костенеет рука,
А кругом - взгроможденные ярусы:
Облака - облака - облака.
И смотря на тебя недоверчиво,
Я качаю слегка головой:
Выше, выше спирали очерчивай,
Но припомни - подумай - постой.
Что тебе до надоблачной ясности?
На земной, материнской груди
Отдохни от высот и опасностей,
Упади - упади - упади!
Ах, сорвись, и большими зигзагами
Упади, раздробивши хребет,
Где трибуны расцвечены флагами,
Где народ - и оркестр - и буфет...
1914
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
