Темно. Полустанок забытый.
Глубинка давно уже спит.
Сижу я на лавке избитый,
родными и Богом забытый
И слушаю: ветер шумит.
Тот ветер весенний и теплый,
Будто из давешних лет
Лезет за пазуху молча,
Мне подвывает по волчьи.
И вновь затихает в ответ.
Как пахнет он радостным детством
И юностью бурной, шальной.
Как-будто бы все по соседству,
Как-будто на свете есть средство
Вернуться в тот мир золотой..
Шуршат по асфальту бумажки,
Билеты куда-то туда,
Где сине фарфоровы чашки,
Где пахнут новьем промокашки.
Откуда мой поезд ушел навсегда.
Я закрыл Илиаду и сел у окна,
На губах трепетало последнее слово,
Что-то ярко светило — фонарь иль луна,
И медлительно двигалась тень часового.
Я так часто бросал испытующий взор
И так много встречал отвечающих взоров,
Одиссеев во мгле пароходных контор,
Агамемнонов между трактирных маркеров.
Так, в далекой Сибири, где плачет пурга,
Застывают в серебряных льдах мастодонты,
Их глухая тоска там колышет снега,
Красной кровью — ведь их — зажжены горизонты.
Я печален от книги, томлюсь от луны,
Может быть, мне совсем и не надо героя,
Вот идут по аллее, так странно нежны,
Гимназист с гимназисткой, как Дафнис и Хлоя.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
