На свете многое, друг Гораций, не светит психам и мудрецам.
Из тысяч мыслимых декораций ты выбрал панику без конца,
ты выбрал стрельбы по безоружным, еще немного - и быть беде,
где я останусь такой ненужной. Где многоточие - не предел,
где я без пары минут лихая, - и, на приличия наплевав,
еще хочу говорить стихами, не успевая ловить слова:
уходят в штопор, срываясь камнем, я снова - снова! - ищу не те...
А эта дрянь выбирает самый воздушно-капельный из путей
и станет первой (что толку прятать?) из самых глупых моих приблуд.
Но я стараюсь - ругаться матом. Тогда не вырвется, что люблю.
В оный день, когда над миром новым
Бог склонял лицо Свое, тогда
Солнце останавливали словом,
Словом разрушали города.
И орел не взмахивал крылами,
Звезды жались в ужасе к луне,
Если, точно розовое пламя,
Слово проплывало в вышине.
А для низкой жизни были числа,
Как домашний, подъяремный скот,
Потому, что все оттенки смысла
Умное число передает.
Патриарх седой, себе под руку
Покоривший и добро и зло,
Не решаясь обратиться к звуку,
Тростью на песке чертил число.
Но забыли мы, что осиянно
Только слово средь земных тревог,
И в Евангельи от Иоанна
Сказано, что слово это Бог.
Мы ему поставили пределом
Скудные пределы естества,
И, как пчелы в улье опустелом,
Дурно пахнут мертвые слова.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
