Если бы я был царь, я бы издал закон, что писатель, который употребит слово, значения которого он не может объяснить, лишается права писать и получает сто ударов розог
За вдохновеньем на запах кофе,
за одиночеством в дым колечком,
но тут промашка, а здесь осечка –
в итоге тянет пофилософить,
отбросить лишнее, сгладить слоги,
свернуться в дудочку, щупать звуки,
на глас просящего быть безруким,
на посылающего – безногим,
забыть про точки в их буквобытность,
свалиться в небо, вернуться молча,
на все вопросы затылок корчить,
людей любить за нелюбопытность.
А дни проходят, и год на взводе,
в окне краснеют повесы клёны,
и вроде кажется, ты влюблён, но
твёрдо знаешь, что всё проходит.
От кофе с куревом лихорадит,
на новых спусках всё туже вожжи,
а тех, что были близки, быть может,
уже не встретить. И бога ради.
О доблестях, о подвигах, о славе
Я забывал на горестной земле,
Когда твое лицо в простой оправе
Перед мной сияло на столе.
Но час настал, и ты ушла из дому.
Я бросил в ночь заветное кольцо.
Ты отдала свою судьбу другому,
И я забыл прекрасное лицо.
Летели дни, крутясь проклятым роем...
Вино и страсть терзали жизнь мою...
И вспомнил я тебя пред аналоем,
И звал тебя, как молодость свою...
Я звал тебя, но ты не оглянулась,
Я слезы лил, но ты не снизошла.
Ты в синий плащ печально завернулась,
В сырую ночь ты из дому ушла.
Не знаю, где приют твоей гордыне
Ты, милая, ты, нежная, нашла...
Я крепко сплю, мне снится плащ твой синий,
В котором ты в сырую ночь ушла...
Уж не мечтать о нежности, о славе,
Все миновалось, молодость прошла!
Твое лицо в его простой оправе
Своей рукой убрал я со стола.
30 декабря 1908
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
