Если мудрец попадает к глупцам, не должен он ждать от них почета, а если глупец болтовней своей победит мудреца, то нет в этом ничего удивительного, ибо камнем можно расколоть алмаз
Руки дрожат от смертей, первача и распутства,
Ванька хорунжий идет по рядам "красных" пленных,
Смотрит в их лица, нагайкой стуча по колену -
С радостью вывел бы всю эту сволочь за бруствер,
Только...его младший брат у Буденного в Конной.
Ванька хорунжий уходит тайком помолиться,
Пьяные слезы роняет на пол под иконой:
"Господи Боже, не дай мне стать братоубийцей..."
Он и не знает того, что Егорушка мертвый,
Нет больше "после" и "до" - уничтожены, стерты.
Ванька хорунжий идет по рядам новых пленных,
Смотрит в их лица, нагайкой стуча по колену...
Мой герой ускользает во тьму.
Вслед за ним устремляются трое.
Я придумал его, потому
что поэту не в кайф без героя.
Я его сочинил от уста-
лости, что ли, еще от желанья
быть услышанным, что ли, чита-
телю в кайф, грехам в оправданье.
Он бездельничал, «Русскую» пил,
он шмонался по паркам туманным.
Я за чтением зренье садил
да коверкал язык иностранным.
Мне бы как-нибудь дошкандыбать
до посмертной серебряной ренты,
а ему, дармоеду, плевать
на аплодисменты.
Это, — бей его, ребя! Душа
без посредников сможет отныне
кое с кем объясниться в пустыне
лишь посредством карандаша.
Воротник поднимаю пальто,
закурив предварительно: время
твое вышло. Мочи его, ребя,
он — никто.
Синий луч с зеленцой по краям
преломляют кирпичные стены.
Слышу рев милицейской сирены,
нарезая по пустырям.
1997
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
