Почти зима. По крайней мере, имеет право.
Имеем время гулять и плавать
травой зеленой, водой студеной неправомерно.
Но почему-то в лесу как летом
тепло и сухо и густотравно. Но нелюдимо.
Хожу исправно – грущу, наверно… Смотрю направо,
смотрю налево – ищу ответы, ищу приметы.
Всё стало близко. Всё подружилось.
Местами ели, упав, застряли – скрипят об этом.
Немного страшно и очень грустно. Несовременно.
Не вовсе верно, что всё знакомо –
вот, скажем, в жилах каких-то веток есть обреченность,
как бы вопросы, но без ответов.
Порой как дома, порой как в стенах
нездешних что ли… Уж больно мшисто,
почти дремуче – но так безлистно! И вдруг влюбленно!..
Непостоянно. Неочевидно. Но воздух чистый
и настоящий. Да и подошвы мутузят хвою
и палый облик уставших веток как по старинке.
Я душу мою. Я таю льдинки
на аналое.
Зима – такое чудное дело, почти святое.
У всего есть предел: в том числе у печали.
Взгляд застревает в окне, точно лист - в ограде.
Можно налить воды. Позвенеть ключами.
Одиночество есть человек в квадрате.
Так дромадер нюхает, морщась, рельсы.
Пустота раздвигается, как портьера.
Да и что вообще есть пространство, если
не отсутствие в каждой точке тела?
Оттого-то Урания старше Клио.
Днем, и при свете слепых коптилок,
видишь: она ничего не скрыла,
и, глядя на глобус, глядишь в затылок.
Вон они, те леса, где полно черники,
реки, где ловят рукой белугу,
либо - город, в чьей телефонной книге
ты уже не числишься. Дальше, к югу,
то есть к юго-востоку, коричневеют горы,
бродят в осоке лошади-пржевали;
лица желтеют. А дальше - плывут линкоры,
и простор голубеет, как белье с кружевами.
1982
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
