ты, малолетняя хипстерша в шерстяной
бабушкиной кофте, уйдёшь в мир иной
этой весной, не успев узнать, что модно этой весной
ты возьмёшь молескин, вырвешь оттуда листок
и напишешь, что мир безжалостен и жесток
что от тебя отвернулся бог
глядя в окно, на засранный голубями карниз
омываемый ливнем, истерическим, рваным, как karma police
играющий на репите
ты вскроешь вены лезвием, и больше никогда
не загуглишь, кто такие Корсо и Годар
никогда не увидишь Питер
ты покинешь сей бренный мир
в тот самый миг, когда твой музыкальный кумир
простонет, что он потерял себя, потерял себя
что он потерял себя
когда вернувшаяся с работы мать
найдёт тебя на ковролине, он всё ещё будет петь
дождь всё ещё будет лить, ворсинки — рдеть
бог — смотреть
в другую сторону, ничего не предпринимать
Я работал на драге в поселке Кытлым,
о чем позже скажу в изумительной прозе, —
корешился с ушедшим в народ мафиози,
любовался с буфетчицей небом ночным.
Там тельняшку такую себе я купил,
оборзел, прокурил самокрутками пальцы.
А еще я ходил по субботам на танцы
и со всеми на равных стройбатовцев бил.
Боже мой, не бросай мою душу во зле, —
я как Слуцкий на фронт, я как Штейнберг на нары,
я обратно хочу — обгоняя отары,
ехать в синее небо на черном «козле».
Да, наверное, все это — дым без огня
и актерство: слоняться, дышать перегаром.
Но кого ты обманешь! А значит, недаром
в приисковом поселке любили меня.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
