Не влюблюсь, – обещал ветер птице, –
Расставаться мне больно и сложно,
Перья твёрдыми иглами вглубь
Татуажем на тело легли.
Изрисован, но снова влюбиться
Разве можно? Ужели возможно,
Совершенством любуясь (я глуп),
Руки снова подставить свои?..
…На коленях лежит манускрипт
В тростниковом простом переплёте,
На рисунке летящий журавль
Над старинным большим кораблём.
Источает блаженство нефрит,
И прекрасная птица в полёте
На груди у меня замерла –
Было больно. Теперь мы вдвоём.
Я работал на драге в поселке Кытлым,
о чем позже скажу в изумительной прозе, —
корешился с ушедшим в народ мафиози,
любовался с буфетчицей небом ночным.
Там тельняшку такую себе я купил,
оборзел, прокурил самокрутками пальцы.
А еще я ходил по субботам на танцы
и со всеми на равных стройбатовцев бил.
Боже мой, не бросай мою душу во зле, —
я как Слуцкий на фронт, я как Штейнберг на нары,
я обратно хочу — обгоняя отары,
ехать в синее небо на черном «козле».
Да, наверное, все это — дым без огня
и актерство: слоняться, дышать перегаром.
Но кого ты обманешь! А значит, недаром
в приисковом поселке любили меня.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
