Поэтическое восприятие жизни, всего окружающего нас — величайший дар, доставшийся нам от поры детства. Если человек не растеряет этот дар на протяжении долгих трезвых лет, то он поэт или писатель
На днях зашел ко мне альтист Данилов.
Принёс с собой бутылку "Glenfiddich"*.
Был тих собой и улыбался мило,
но в кулаке, всё время прятал шиш.
Шиш вылезал, а он его уныло,
стыдясь, опять запихивал в кулак.
Мы пили виски и альтист Данилов -
одолевал душевный свой напряг.
Когда в часах пробила полночь соло,
мы "усидели" импортный 0.7.
Он предложил сыграть на кухне в поло
и даже снял с петель на кухню дверь.
Но что-то не пошло, не покатило,
а, может, закатилось - хрен поймёшь...
И тут мгновенно вдруг исчез Данилов,
как из дырявого кармана - грош.
Я тихо удивился на мгновенье...
"Исчезнуть, не приняв "на посошок?"
Но, сунув удивление в забвенье, -
сходил неторопливо на горшок.
Потом достал бутылку из подполья -
недавно обретённый "Арманьяк".
И домовых хотел позвать к застолью,
но передумал - вреден им коньяк.
Присел к столу. Плеснул себе на донце,
но аромат едва успел внюхтить,
как вдруг бесшумно, сквозь стекло в оконце,
(вот - бесовщина! Мама моя,тить!)
возник тверёзый, как поп-корн, Данилов.
Проник, не разорив в окне стекла.
( как будто,- только что со мной не пил он?)
сидит опять на кухне у стола...
Принёс с собой футляр с альтом Альбани
и говорит: "Михалыч, - вот, припрячь,
от сыщиков, воров и прочей дряни.
А для меня настало время "Ч".
И значит, хошь не хошь, а надо выпить,
как говорят у вас "на посошок",
но, сообразно с чувствами моими,
мне нынче - не подходит коньячок.
Желая подсластить свою пилюлю,
я у монахов, мимолётом, спёр
прекрасную амброзью травяную:
"Бенедиктин" - волшебнейший ликёр"
И он, рукой пошарив под столом,
достал бутыль ( пузатую такую )
с эмблемой знаменитейшею "D.O.M." **
"Не грех, выходит, помянуть и всуе."
Мы "помянули" этой халабудой...
Данилов встал, сказал: "Ты мне не верь.
А еж ли что, - прибейся к хлопобудам"
И - не взлетел, а тихо вышел в дверь...
Вчера всё думал:
" Было иль не бЫло?
И прилетал он, или приходил?
А, может, это вовсе - не Данилов?
А тот,который альт перепилил?"
Девочке медведя подарили.
Он уселся, плюшевый, большой,
Чуть покрытый магазинной пылью,
Важный зверь с полночною душой.
Девочка с медведем говорила,
Отвела для гостя новый стул,
В десять спать с собою уложила,
А в одиннадцать весь дом заснул.
Но в двенадцать, видя свет фонарный,
Зверь пошел по лезвию луча,
Очень тихий, очень благодарный,
Ножками тупыми топоча.
Сосны зверю поклонились сами,
Все ущелье начало гудеть,
Поводя стеклянными глазами,
В горы шел коричневый медведь.
И тогда ему промолвил слово
Облетевший многодумный бук:
— Доброй полночи, медведь! Здорово!
Ты куда идешь-шагаешь, друг?
— Я шагаю ночью на веселье,
Что идет у медведей в горах,
Новый год справляет новоселье.
Чатырдаг в снегу и облаках.
— Не ходи, тебя руками сшили
Из людских одежд людской иглой,
Медведей охотники убили,
Возвращайся, маленький, домой.
Кто твою хозяйку приголубит?
Мать встречает где-то Новый год,
Домработница танцует в клубе,
А отца — собака не найдет.
Ты лежи, медведь, лежи в постели,
Лапами не двигай до зари
И, щеки касаясь еле-еле,
Сказки медвежачьи говори.
Путь далек, а снег глубок и вязок,
Сны прижались к ставням и дверям,
Потому что без полночных сказок
Нет житья ни людям, ни зверям.
1939
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
