Не дотянуться до тебя, не добежать, а жаль
Вся география дорог осталась той, что прежде.
Не укротить, не исчерпать волшебную Печаль,
Которой выкроили мы неповторимые одежды.
Сидит Печаль и вечерами горюет девой у окна
Тревожно ей и одиноко, а мир вокруг прекрасен.
А рядом сгорбилась вдовою невольная Вина.
Её пыталась прочь прогнать, но этот труд напрасен.
Так и живём. Они и я. Под крышею одной.
Ведём беседы и играем в бескровные дуэли.
То я с Печалью говорю, то примирюсь с Виной.
Не дотянуться до тебя, а сны как карусели.
Я пил с Мандельштамом на Курской дуге.
Снаряды взрывались и мины.
Он кружку железную жал в кулаке
и плакал цветами Марины.
И к нам Пастернак по окопу скользя,
сказал, подползая на брюхе:
«О, кто тебя, поле, усеял тебя
седыми майорами в брюках?»
...Блиндаж освещался трофейной свечой,
и мы обнялися спросонок.
Пространство качалось и пахло мочой —
не знавшее люльки ребенок.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
