В нежном городе роз, где втроем просто нечем дышать,
Под дощатым забором, упав головой в лопухи,
Утомленная долгой весной, умирала душа,
В лихорадке читая чуть слышно чужие стихи.
Неотложка приедет, но это случится потом.
Много раньше небесный трубач наиграет мотив.
Ты поднимешься к Богу в футболке и джинсах Motivi,
И пройдя за ворота, негромко расскажешь о том,
Как жилось, как любилось, и с кем горевать довелось, -
Ты прочтешь свою жизнь по годам, по часам и минутам.
Лишь о том промолчишь, как ломалась отчаянно ось,
И как стрелочник - пьяный апрель, направления путал.
А когда оправдаться попросят, чтоб там, впереди,
Ожидалось тебе золотой утешительной доли,
Ты себя распахнешь, и два сердца из левой груди
Осторожно достанешь и в Боговы вложишь ладони.
“О-да-се-вич?” — переспросил привратник
и, сверившись с компьютером, повёл,
чуть шевеля губами при подсчёте
рядов и мест.
Мы принесли — фиалки не фиалки —
незнамо что в пластмассовом горшке
и тихо водрузили это дело
на типовую серую плиту.
Был зимний вполнакала день.
На взгляд туриста, неправдоподобно-
обыденный: кладбище как кладбище
и улица как улица, в придачу —
бензоколонка.
Вот и хорошо.
Покойся здесь, пусть стороной пройдут
обещанный наукою потоп,
ислама вал и происки отчизны —
охотницы до пышных эксгумаций.
Жил беженец и умер. И теперь
сидит в теньке и мокрыми глазами
следит за выкрутасами кота,
который в силу новых обстоятельств
опасности уже не представляет
для воробьёв и ласточек.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
