Я не знаю, сказать тебе что еще.
В богадельне машин и витрин
Мы с тобой два промозглых чудовища
С человеческим сердцем. Внутри
Только дом. Только дым? Только тающий
Островок обезглавленных льдин.
На огромном дрейфующем пастбище
Человек остается один.
Что ни тронь - непременно сломается.
Жизнь зовет то мечом, то ключом.
Ничего, ничего не меняется...
И как будто бы мы ни при чем.
я не знаю, почему у меня такие вот депрессивные стихи)))
наверное, я давно как следует не отдыхала. а расслаблялась вообще не помню когда.
подозреваю, что у тебя только тревожащие мысли и складываются в стихи)
а в этом стихе мысли весьма зрелые: человек действительно остаётся один... на один (с Богом, со Вселенной, как кому нравится), а люди уходят... вот такая вот фигня...
да, кроме Бога уходят все. каждый своим шагом. кто по судьбе, кто по злобе))
"Два промозглых чудовища... на огромном дрейфующем пастбище..." И я последние лет 5 также себя ощущаю, ну прям в точку, как же я люблю Вас читать.
спасибо, спасибо большое.
хорошее
читателю виднее)
спасибо.
Мммм... !!! )))
Дааа ))
Хорошее, знакомое, как будто.
чудовища знакомые, да)
спасибо.
Промозглые чудовища... мм. Стих требует точного совпадения с настроением читателя.
по-моему, это читатель все время чего-то требует))
читатель требует, чтобы его гладили по шерстке :)
Класс. Снежная королева много веков спустя. Вселенная
День добрый! Я тут у вас маленький совсем.) Первый стих открыл - и... ну отлично же! Рифмы очень поются. Смысл - его и комментировать бессмысленно (сори за тавтологию)).
Но позвольте просто поделиться вариантом:
Островок обезглавленных льдин --- Островок из оплавленных льдин.. (не представляется мне она обезглавленной()
Молодец
спасибо
прям вот рубанула - и сердце пополам
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины,
Как шли бесконечные, злые дожди,
Как кринки несли нам усталые женщины,
Прижав, как детей, от дождя их к груди,
Как слезы они вытирали украдкою,
Как вслед нам шептали: — Господь вас спаси! —
И снова себя называли солдатками,
Как встарь повелось на великой Руси.
Слезами измеренный чаще, чем верстами,
Шел тракт, на пригорках скрываясь из глаз:
Деревни, деревни, деревни с погостами,
Как будто на них вся Россия сошлась,
Как будто за каждою русской околицей,
Крестом своих рук ограждая живых,
Всем миром сойдясь, наши прадеды молятся
За в бога не верящих внуков своих.
Ты знаешь, наверное, все-таки Родина —
Не дом городской, где я празднично жил,
А эти проселки, что дедами пройдены,
С простыми крестами их русских могил.
Не знаю, как ты, а меня с деревенскою
Дорожной тоской от села до села,
Со вдовьей слезою и с песнею женскою
Впервые война на проселках свела.
Ты помнишь, Алеша: изба под Борисовом,
По мертвому плачущий девичий крик,
Седая старуха в салопчике плисовом,
Весь в белом, как на смерть одетый, старик.
Ну что им сказать, чем утешить могли мы их?
Но, горе поняв своим бабьим чутьем,
Ты помнишь, старуха сказала: — Родимые,
Покуда идите, мы вас подождем.
«Мы вас подождем!» — говорили нам пажити.
«Мы вас подождем!» — говорили леса.
Ты знаешь, Алеша, ночами мне кажется,
Что следом за мной их идут голоса.
По русским обычаям, только пожарища
На русской земле раскидав позади,
На наших глазах умирали товарищи,
По-русски рубаху рванув на груди.
Нас пули с тобою пока еще милуют.
Но, трижды поверив, что жизнь уже вся,
Я все-таки горд был за самую милую,
За горькую землю, где я родился,
За то, что на ней умереть мне завещано,
Что русская мать нас на свет родила,
Что, в бой провожая нас, русская женщина
По-русски три раза меня обняла.
1941
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.