Нам остаётся только падать,
не выбирая направлений.
Шальные яблони из сада
на нас отбрасывают тени.
О, благодатнейшая нива!
Страна нетронутого дёрна!
Плодов нездешнего налива
уже просвечивают зёрна.
Всё положительно серьёзно,
и, всё ж, достаточно нелепо,
ложатся маленькие звёзды
в ладони кубиками хлеба.
Мы ничего не понимаем
и вновь сбиваемся со счёта,
все ощущения меняя
на ощущение полёта.
Во тьму уходят постепенно
крахмально-белые халаты
и выцветающие стены
родной до ужаса палаты.
Горит слепыми фонарями
наш доморощенный Освенцим.
Мы ничего не потеряли,
мои друзья - невозвращенцы.
Нам, очевидно, с перепоя,
какой-то мрачный пролетарий
пронзил стерильнейшей иглою
кору обоих полушарий.
Он удивлён, что мы не рады.
Он заразительно смеётся.
Нам остаётся только падать,
нам ничего не остаётся…
На тротуарах истолку
С стеклом и солнцем пополам,
Зимой открою потолку
И дам читать сырым углам.
Задекламирует чердак
С поклоном рамам и зиме,
К карнизам прянет чехарда
Чудачеств, бедствий и замет.
Буран не месяц будет месть,
Концы, начала заметет.
Внезапно вспомню: солнце есть;
Увижу: свет давно не тот.
Галчонком глянет Рождество,
И разгулявшийся денек
Прояснит много из того,
Что мне и милой невдомек.
В кашне, ладонью заслонясь,
Сквозь фортку крикну детворе:
Какое, милые, у нас
Тысячелетье на дворе?
Кто тропку к двери проторил,
К дыре, засыпанной крупой,
Пока я с Байроном курил,
Пока я пил с Эдгаром По?
Пока в Дарьял, как к другу, вхож,
Как в ад, в цейхгауз и в арсенал,
Я жизнь, как Лермонтова дрожь,
Как губы в вермут окунал.
Лето 1917
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
