Весна.
Духотища в доме, пылища,
а на дворе – деревца,
пушистенькие,
салатненькие такие…
Пойти погулять, что ли…
Может, в кафе?
Только есть не хочется,
да и дел по дому воз и маленькая тележка -
не знаешь с чего и начать.
Эх, кабы не тележка…
Может, поспать?
А заодно и название для стишка,
ладно,
придумаю…
Тэк-с, подушечка…
Щека..
Влюбиться, что ли?
Кровь побежит по жилам.
Какая кровь, какие жилы?
Где-то уже
я что-то такое читала,
и больно мне было, больно..
Мысли невольно…
…врассыпную….
….Господи!
О чем прошу?
Господи, одного лишь –
терпения дай.
Влей масло в опустевшую тару,
чтобы было чем утишить волны,
когда шторм понесёт на рифы.
Ибо руль - разбит,
и время убирать паруса -
упущено.
Рвёт их ветер.
Корабль мой над бездной.
Рвётся мысль.
Хаос – царь над душой моей –
хаос туч, кипящих над морем,
раздираемых молниями раздражений,
страстей,
неуёмного гнева
и злой гордыни.
Ветер…
в уши вдувает гимны –
демон безбожной свободы.
Услышу ли слово Твоё -
тихое, тихое, тихое…
Господи…
… где-то уже я что-то такое читала,
и больно мне было, больно..
Мысли невольно…
…врассыпную….
Окна помыть пора.
Лень.
Заплатить кому-то?
Надо звонить, искать.
Себе дороже…
Нет.
Не спится.
Пойду – покурю.
А с названием
глупо мучиться -
назову просто:
Весна.
Еще далёко мне до патриарха,
Еще не время, заявляясь в гости,
Пугать подростков выморочным басом:
"Давно ль я на руках тебя носил!"
Но в целом траектория движенья,
Берущего начало у дверей
Роддома имени Грауэрмана,
Сквозь анфиладу прочих помещений,
Которые впотьмах я проходил,
Нашаривая тайный выключатель,
Чтоб светом озарить свое хозяйство,
Становится ясна.
Вот мое детство
Размахивает музыкальной папкой,
В пинг-понг играет отрочество, юность
Витийствует, а молодость моя,
Любимая, как детство, потеряла
Счет легким километрам дивных странствий.
Вот годы, прожитые в четырех
Стенах московского алкоголизма.
Сидели, пили, пели хоровую -
Река, разлука, мать-сыра земля.
Но ты зеваешь: "Мол, у этой песни
Припев какой-то скучный..." - Почему?
Совсем не скучный, он традиционный.
Вдоль вереницы зданий станционных
С дурашливым щенком на поводке
Под зонтиком в пальто демисезонных
Мы вышли наконец к Москва-реке.
Вот здесь и поживем. Совсем пустая
Профессорская дача в шесть окон.
Крапивница, капризно приседая,
Пропархивает наискось балкон.
А завтра из ведра возле колодца
Уже оцепенелая вода
Обрушится к ногам и обернется
Цилиндром изумительного льда.
А послезавтра изгородь, дрова,
Террасу заштрихует дождик частый.
Под старым рукомойником трава
Заляпана зубною пастой.
Нет-нет, да и проглянет синева,
И песня не кончается.
В пpипеве
Мы движемся к суровой переправе.
Смеркается. Сквозит, как на плацу.
Взмывают чайки с оголенной суши.
Живая речь уходит в хрипотцу
Грамзаписи. Щенок развесил уши -
His master’s voice.
Беда не велика.
Поговорим, покурим, выпьем чаю.
Пора ложиться. Мне, наверняка,
Опять приснится хмурая, большая,
Наверное, великая река.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
