Приходи ко мне часов на пять.
Этого, конечно, очень мало,
чтобы мне себя в тебя вмолчать,
чтобы ты себя в меня вмолчала,
хоть на час приди себя начать.
Я закрою мир от шума в пять,
положу фрагменты фонотеки,
наготове будет чай стоять –
но не поднимай на это веки,
не пойди из умолчанья вспять.
Ты беззвучно положи мне в пядь
то, что я возьму и прочитаю,
будет каждый ноготок молчать,
будут пальцы молчаливой стаей
от запястий вспугнуто взлетать,
будут постепенно привыкать
на ладони трепетно садиться,
и твоя распространится пядь
на мои промокшие ресницы,
чтобы, застыдившись, засыпать…
Сможет только немота объять
то, что не вмещает взгляд и слово,
то, во что заходится тетрадь,
в пламени стыда сгореть готова
и глазами пламя заливать.
Приходи ко мне примерно в пять,
убежав от гама и вокзала,
чтобы в эти пять часов принять
тишину, которой жизни мало,
для которой надо жить опять.
Когда я жил на этом свете
И этим воздухом дышал,
И совершал поступки эти,
Другие, нет, не совершал;
Когда помалкивал и вякал,
Мотал и запасался впрок,
Храбрился, зубоскалил, плакал -
И ничего не уберег;
И вот теперь, когда я умер
И превратился в вещество,
Никто - ни Кьеркегор, ни Бубер -
Не объяснит мне, для чего,
С какой - не растолкуют - стати,
И то сказать, с какой-такой
Я жил и в собственной кровати
Садился вдруг во тьме ночной...
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
