Если тебе понадобится рука помощи, знай — она у тебя есть — твоя собственная. Когда ты станешь старше, ты поймешь, что у тебя две руки: одна, чтобы помогать себе, другая, чтобы помогать другим
Здесь побудка, как шутка – ароматом оладий
И шкворчаньем яишни на простом чугуне.
Ни минутки у будки не сидит пес Аркадий
Громыхая цепочкой на своей стороне.
Я вскочу спозаранок, нахлобучу панамку,
Побегу огородом до пасленовых кущ
И до крови сдеру комариные ранки,
Наберусь до отвала, а к обеду вернусь.
Полежу на рогожке, пока стол под навесом
ВиноградолозОвым не прогнется дугой
Будто я с пластилином - позабавилась с тестом
Мастерица - бабуля узловатой рукой.
Я, конечно, усядусь на любимое место –
Под приемник, орущий на А(э)М чистоте
На до блеска затертое старое кресло,
И как следует вспомню о своем животе:
Съем пяток пельменей и уважу вареник
И студеным узваром сполосну за щекой,
Закручуся юлою, подхвачу с пола веник
И пойду на сраженье с паутиной седой.
Из буфета кулёк утащу с карамелью
О скрипучий косяк на веранде упрусь
Где с задумчивым видом отдамся безделью
И от тихого счастья ей-ей разревусь.
Потяну плавно носом – пахнет будто грозою,
И, действительно, скоро дождь обрушится враз
Тент живой впопыхах ловит капли лозою
На скамье сигареты – дедов мокнет Пегас.
Пустоцветом зарос вековой палисадник,
Плачет ливнем сорняк и малиновый куст
И крапивы-задиры горячий рассадник
Издает под потоками жалобный хруст
Утки щелкают смачно кожурою от тыквы
Слышен с улицы свист хворостины тугой
Я за этот денек к местным звукам привыкла –
Это гонят коров толстобоких домой.
Скоро-скоро поспеет кавун на грядке,
Отстучал на сегодня соседский колун
Мне поможет сейчас разложить по прядкам
Косу теплую бабушке кот-баюн.
Завтра выйду на ниву - кормить воробышков
Хлебных крошек готова кормушка,
А еще загорать! Покрывала баробышки
Отпечатают в пузе смешные ватрушки.
В сентябре мне опять возвращаться в садик
И глотать с толстой пенкою молоко
Только будет рука помнить мягкий батик
Платья бабушки – и от этого станет легко.
И праведник шел за посланником Бога,
Огромный и светлый, по черной горе.
Но громко жене говорила тревога:
Не поздно, ты можешь еще посмотреть
На красные башни родного Содома,
На площадь, где пела, на двор, где пряла,
На окна пустые высокого дома,
Где милому мужу детей родила.
Взглянула - и, скованы смертною болью,
Глаза ее больше смотреть не могли;
И сделалось тело прозрачною солью,
И быстрые ноги к земле приросли.
Кто женщину эту оплакивать будет?
Не меньшей ли мнится она из утрат?
Лишь сердце мое никогда не забудет
Отдавшую жизнь за единственный взгляд.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
