От моего неумения прощать и метаться ,от Площади Женской моей Свободы,
Остался булыжник алого, горячего цвета, размером с горячее сердце.
Который лежит в руке громящего дворцы, гневающегося народа.
Разбивающего им витрину крошечной лавки, взламывающего хрупкую дверцу.
Где я ,разложена по полочкам страстей и ошибок,
С надписью, с ценниками на каждый мой грех, все они цвета не маркого.
Читаешь меня–амазонка, надменная девушка, влюбленная кошечка.
И много ещё всякого- якого. Простого и яркого
Всего понемножечку.
Любимая нежно, изменница, временщица, наместница, сумасбродка.
Лёгкая, как пепел твоей сигареты. Горькая, как твой каждодневный эспрессо.
Праздничная чечётка. И ножки мои хороши.
Молочная карамель оголённых плеч в лунном свете.
Вам взвесить? Сто грамм? Перевязать бонбоньерку ленточкой крика души?
Как Вы желаете меня, в каком ракурсе, ипостаси, калибре?
Голубкой воркующей, а может быть экзотичной, как птаха-колибри ?
Как перевязать? Потуже? А может накрест? Ну же!
Не стоит тут миндальничать и в тогу сомнений рядиться.
Украсьте мною Вашу высокую, гордую колесницу.
Прокатитесь со мною на самом важном параде.
А вдруг- совпадём в полёте мыслей и душ?
Скрестив в дуэли наших ресниц шпаги.
А если окажется правдой эта сладкая -горькая чушь,
Про твои у моей постели тапки. Про то, что ты в реал мой шагнёшь.
И не обещай мне свободы, ты же мой Узурпатор.
Хунта моих распахнутых снов,
Мой строгий и страстный. Диктатор.
Инопланетянин мой. Верный доверчивый Терминатор.
Ил-люминируй всех ,
Кто лишь улыбнуться решится мне.
Стань моею статуей Свободы, султаном на троне желаний моих.
Грусти наместником. Вечно одерживающим верх.
Загадочный как египетский Сфинкс. Мой Мистер супер-Икс.
А я? Останусь собою, зацикленной на своих эпохах-
Ревности,сумбура претензий, смерче-подобной любви, тревожных вздохов.
С резусом вечного отрицания смешения нашей крови, закладкой в твоей в судьбе.
Я твоя до последней родинки. Швырни горсть твоего крика в уши моей души.
Давай провалимся вместе. В тартарары. В дырку бытия. В хрупкие шалаши.
Я давно покинула Площадь Женской Свободы.Я в рабство желаю. К тебе.
Доносились гудки
с отдаленной пристани.
Замутило дождями
Неба холодную просинь,
Мотыльки над водою,
усыпанной желтыми листьями,
Не мелькали уже — надвигалась осень...
Было тихо, и вдруг
будто где-то заплакали, —
Это ветер и сад.
Это ветер гонялся за листьями,
Городок засыпал,
и мигали бакены
Так печально в ту ночь у пристани.
У церковных берез,
почерневших от древности,
Мы прощались,
и пусть,
опьяняясь чинариком,
Кто-то в сумраке,
злой от обиды и ревности,
Все мешал нам тогда одиноким фонариком.
Пароход загудел,
возвещая отплытие вдаль!
Вновь прощались с тобой
У какой-то кирпичной оградины,
Не забыть, как матрос,
увеличивший нашу печаль,
– Проходите! — сказал.
– Проходите скорее, граждане! —
Я прошел. И тотчас,
всколыхнувши затопленный плес,
Пароход зашумел,
Напрягаясь, захлопал колесами...
Сколько лет пронеслось!
Сколько вьюг отсвистело и гроз!
Как ты, милая, там, за березами?
1968
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
