Зачем ты ТаК ушла?!...
Туда, куда ракеты не летают.
На сторону , что дальше Гесперид.
Да, жизнь твоя была полна обид,
Но перед Смертью все обиды тают.
Зачем ты так ушла..
А я всерьез не принял твой рассказ.
Как ты с подругою таблетками травилась.
Но вас спасла в тот раз лишь Божья Милость.
Красавица, волос летящих и горящих глаз,
С веревкою надежней получилось..
Я не поверил ,Бог уже не спас.
.....
Мы в школе, взглядами устроив перестрелку,
Пронзили сердце Эроса стрелой,
Как ты краснела,радость, Боже Мой.
Как я сиял, тебе встречая мельком.
Но осень осенила нас:
Всех школьников, что не больны,- на хлопок,
С восьмого по десятый класс.
Я полон предвкушений, чуть не лопнул.
Там целый день, скитаясь по полям,
Я краем глаза следовал с тобою,
Ты тоже любовалась мною,
Я чувствовал все это много раз.
Предел мечтаний в вечер- "Ручейки".
Менялись в произвольном ритме пары.
А я, едва коснусь твоей руки,
Готов был в ад, на плаху и на нары.
Сквозь руки наши буйная гроза
Сжигала нас с макушек и до пяток.
Ты так смотрела мне в глаза,
А мне казалось, что тебя десяток..
Потом мы удалялись ото всех.
И сидя на слоне, что детском саде,
Шептались.Никаких иных утех
Не ведали мы в сладостной ограде.
Да, вроде целовались пару раз,
Как голубки:так целомудренно и нежно.
Такого больше не было.Абзац.
Хоть прожил жизнь отнюдь не безмятежно.
Не думали о будущем совсем -
Она- арабка, я внучок казацкий.
Все было нами, мы же были всем.
Героями какой-то вечной сказки...
,,,,,
Она уехала, сказали- приболев,
На самом деле все гораздо хуже.
И я метался словно в клетке лев,
На заготовки топая по лужам.
Ее подружки мигом донесли
Что вертится не верная с неверным.
И чтобы только милого спасти
( могли бы махом голову снести)
Она ушла, спасая нас от скверны.
Лишь через много лет я это разобрал.
Расследовав так много многоточий.
Ей шариат любить не позволял,
Того, кто на гайтане крестик носит..
....
Все было в жизни:боль и страх,
Какие-то любовницы и жены...
....
Все отдал бы, чтоб где-то в "Ручейках",
Сплетались наши руки, как бутоны.
На фоне Афонского монастыря
потягивать кофе на жаркой веранде,
и не вопреки, и не благодаря,
и не по капризу и не по команде,
а так, заговаривая, говоря.
Куда повело... Не следить за собой.
Куда повело... Не подыскивать повод.
И тычется тучное (шмель или овод?),
украшено национальной резьбой,
создание и вылетает на холод.
Естественной лени живое тепло.
Истрёпанный номер журнала на пляже
Ты знаешь, что это такое. Число
ушедших на холод растёт, на чело
кладя отпечаток любви и пропажи,
и только они, и ещё кофейку.
И море, смотри, ни единой медузы.
За длинные ноги и чистые узы!
Нам каяться не в чем, отдай дураку
журнал, на кавказском базаре арбузы,
и те, по сравнению с ним на разрез —
белее крыла голодающей чайки.
Бессмысленна речь моя в противовес
глубоким речам записного всезнайки,
с Олимпа спорхнул он, я с дерева слез.
Я видел, укрывшись ветвями, тебя,
я слышал их шёпот и пение в кроне.
И долго молчал, погружённый в себя,
нам хватит борозд на господней ладони,
язык отпуская да сердце скрепя.
1988
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
