Бескрылыми захвачены мечтами,
убогими страстями губим душу,
теряем близких, погибаем сами,
к успешности стремясь,
надежды рушим.
Обыденность вещей (пусть и роскошных),
к которой мы, в конце концов, стремимся,
в нас заползает вором — осторожно…
Пока мы сами в вещь не обратимся.
И в замкнутом очнувшись жутком круге
своих однообразных интересов
(а рядом нет ни друга, ни подруги,
зато несчетно вьется мелких бесов),
внезапно отрезвеем…
Мысль тоскливо
начнет перебирать пути к спасенью.
Воспрянет ли, как раньше? Нет?!
Трусливо
стучит в мозгу, объята пораженьем.
Умели представлять себя когда-то
причастностью великого созданья.
Но, слишком «Я» свое любя (приматы!),
внедрили самость в центр Мирозданья…
Они убого одинаковые.
Они и Богу не молившиеся.
Заглавные?
Но все не знаковые!
И, главное… —
не излечившиеся.
Мое к ним «Я» —
прижалось неохотно… протиснулось…
От любопытных взглядов
не смог я вырваться,
я сдавлен плотно.
Скажите —
где разжиться склянкой яда?
Вранье. Позерство. Первый круг. Начало!..
Раскаянье запить отравой сложно.
Сиди хоть век, забытый у причала, —
Пришлют корабль?
Ответить невозможно…
В этой роще березовой,
Вдалеке от страданий и бед,
Где колеблется розовый
Немигающий утренний свет,
Где прозрачной лавиною
Льются листья с высоких ветвей,—
Спой мне, иволга, песню пустынную,
Песню жизни моей.
Пролетев над поляною
И людей увидав с высоты,
Избрала деревянную
Неприметную дудочку ты,
Чтобы в свежести утренней,
Посетив человечье жилье,
Целомудренно бедной заутреней
Встретить утро мое.
Но ведь в жизни солдаты мы,
И уже на пределах ума
Содрогаются атомы,
Белым вихрем взметая дома.
Как безумные мельницы,
Машут войны крылами вокруг.
Где ж ты, иволга, леса отшельница?
Что ты смолкла, мой друг?
Окруженная взрывами,
Над рекой, где чернеет камыш,
Ты летишь над обрывами,
Над руинами смерти летишь.
Молчаливая странница,
Ты меня провожаешь на бой,
И смертельное облако тянется
Над твоей головой.
За великими реками
Встанет солнце, и в утренней мгле
С опаленными веками
Припаду я, убитый, к земле.
Крикнув бешеным вороном,
Весь дрожа, замолчит пулемет.
И тогда в моем сердце разорванном
Голос твой запоет.
И над рощей березовой,
Над березовой рощей моей,
Где лавиною розовой
Льются листья с высоких ветвей,
Где под каплей божественной
Холодеет кусочек цветка,—
Встанет утро победы торжественной
На века.
1946
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
