Да, жизнь подобна фотоснимку, с годами выцветает вся.
Любовь и голод спят в обнимку, бог знает чем питаются.
Театр, придуманный Шекспиром играет плохо вон из рук.
Любовь и голод правят миром, кто здесь "главреж", а кто "худрук"-
какая разница, панове? Играем с чистого листа!
Взамен обглоданной любови выходит похоть-"суперстар".
А голод...Рукоплещут ложи, сплошное браво и восторг.
Хлеб наш насущный, Слово Божье - преаппетитнейший хот-дог.
А вот галёрка подкачала...Не заценила всю игру.
От птичек синих и от чаек лишь горстка косточек в углу.
"Нет в них огня, перчинки, соли" - бурчит пресыщенный народ.
На пальцах жуткие мозоли натёр Небесный Кукловод.
Когда дадут в буфете пиво, рак на галёрке засвистит.
У Виктюка и у Шекспира владеет сценой трансвестит.
Сюжет античной скучной пьесы неподходящ для модных сцен.
Уже давно мужи-ахейцы не бондят по морю Елен.
Из всех искусств для нас важнейшим есть...Гладиаторский стриптиз!
И по наводке знойных женщин похищен юноша Парис.
Когда бы грек увидел это, все наши игрища божков,
он свой гекзаметр на куплеты, как требуху для пирожков,
перекрутил бы для шансона, и пел эФэМ ди-джей Цыклоп
о тяжком жребии Ясона и о коварстве Пенелоп.
Но боже ж мой, какая мука: в пиццотый раз услышать "Bell"!
Пусть одиночество и сука - где одиночество-кобель?
Любовь, свобода, голод, братство и равенство во всей красе,
от них так хочется стреляться в российской лесополосе -
не так, как в Лондоне, Париже, Нью-Йорке, где ещё - Бог весть...
-"Ты видишь суслика?"
-"Не вижу..."
-"И я не вижу. А он - есть."
На окошке на фоне заката
дрянь какая-то жёлтым цвела.
В общежитии жиркомбината
некто Н., кроме прочих, жила.
И в легчайшем подпитье являясь,
я ей всякие розы дарил.
Раздеваясь, но не разуваясь,
несмешно о смешном говорил.
Трепетала надменная бровка,
матерок с алой губки слетал.
Говорить мне об этом неловко,
но я точно стихи ей читал.
Я читал ей о жизни поэта,
чётко к смерти поэта клоня.
И за это, за это, за это
эта Н. целовала меня.
Целовала меня и любила.
Разливала по кружкам вино.
О печальном смешно говорила.
Михалкова ценила кино.
Выходил я один на дорогу,
чуть шатаясь мотор тормозил.
Мимо кладбища, цирка, острога
вёз меня молчаливый дебил.
И грустил я, спросив сигарету,
что, какая б любовь ни была,
я однажды сюда не приеду.
А она меня очень ждала.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
