Море дышит во сне, и дыхание сонного моря
пролетев над пустыней, отдаст свою влагу ручью.
Плачь, рыдай, Фараон, прародитель народного горя,
проклинай, проклинай ненасытную гордость свою.
От начала времён брат возвысит свой голос на брата.
На невольничьих рынках покорные стонут рабы.
Плачь, рыдай, Вавилон, восходя на свои зиккураты,
волочи за собой окровавленный камень судьбы.
Всё вернулось на круг, но оставлен вопрос без ответа:
Что сверкает на солнце на всех перекрёстках земли?
Плачь, несчастный Пророк, закрываясь ладонью от ветра.
Никого не спасли от глаголов твоих волдыри.
На исходе весны отцветает миндаль у колодца.
Над разбитым кувшином летят и летят лепестки.
Плачь, любимая, плачь...Это всё уже было под солнцем,
отражаясь не раз в тёмных водах небесной реки.
И когда огласят приговор справедливые судьи,
и в толпе осуждённых найдётся местечко и мне -
я заплачу навзрыд об единственно подлинном чуде
сотворения жизни в шестом приснопамятном дне.
А когда война начнётся-
Враг на мине подорвётся)))
война отменяется, ибо "Это всё уже было под солнцем,отражаясь не раз в тёмных водах небесной реки"
миру-мир, войне - ну, в курсе.
Хорошее!
Понравилось, спасибо!
Глубоко и объёмно смыслом!
Великолепно!!!
-----------
... но кое-что я бы таки поправила))
Любопытно: что и где? :-)
Это бы в ЛС лучше))
Только я не нахожу на этом Ресурсе такую службу...
Ага, написано так, что в транс прямо вводит. Как потоком смывает образами, временами и метафорами.
Тока че-то все какое-то размытое. Какой такой ненасытно гордый "Фараон"? "какой Вавилон такой от начала времен?" И пророка туда же втиснули к фараонам и Месопотамии...
конретнее бы. Чтоб чувствовалось, что за каждым словом стоит поднятый пласт истории, а не общие слова.
Это стихо главным образом. на библейские темы,человеку мало мальски сведущему в персоналиях Ветхого Завета всё достаточно прозрачно, во всяком случае, я так полагал
Если угодно,пунктиром: казни египетские, исход, вавилонское пленение (псалом "На реках вавилонских), дальше автор кое-что слямзил у Пушкина,ну и екклесиаст, куда же без него. родимого В последнем катрене личная скорбь ЛГ о несостоявшейся в его судьбе чуде шестого дня.
Вот, как-то так...
оу)) про скорбь лг - это вы славно объяснили. )) Ладно, беру свои слова назад; во мне при слове "зиккурат" запылала история древних цивилизаций и я силилась найти аллюзии туда, что и помешало.
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Эту книгу мне когда-то
В коридоре Госиздата
Подарил один поэт;
Книга порвана, измята,
И в живых поэта нет.
Говорили, что в обличьи
У поэта нечто птичье
И египетское есть;
Было нищее величье
И задерганная честь.
Как боялся он пространства
Коридоров! постоянства
Кредиторов! Он как дар
В диком приступе жеманства
Принимал свой гонорар.
Так елозит по экрану
С реверансами, как спьяну,
Старый клоун в котелке
И, как трезвый, прячет рану
Под жилеткой на пике.
Оперенный рифмой парной,
Кончен подвиг календарный,-
Добрый путь тебе, прощай!
Здравствуй, праздник гонорарный,
Черный белый каравай!
Гнутым словом забавлялся,
Птичьим клювом улыбался,
Встречных с лету брал в зажим,
Одиночества боялся
И стихи читал чужим.
Так и надо жить поэту.
Я и сам сную по свету,
Одиночества боюсь,
В сотый раз за книгу эту
В одиночестве берусь.
Там в стихах пейзажей мало,
Только бестолочь вокзала
И театра кутерьма,
Только люди как попало,
Рынок, очередь, тюрьма.
Жизнь, должно быть, наболтала,
Наплела судьба сама.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.