Короче, будет так. Мы встретимся на Чистых.
Сентябрь к тому моменту зажжет в ветвях пожар
и листья выдавит на лужи, как горчицу,
и для контраста влепит на лавочку бомжа.
Мы захотим забиться в случайный бар, где дым
висит, не обходя ни сцен, ни уголков,
и кажется пространство бессонным и седым,
и в ночь дежурят ноги на башнях каблуков.
Два кофе с коньяком. Последними заплатишь…
за крышу, этот дым, за вечер, эту жизнь…
под пристальной рукой с коротенького платья
сорвутся в ровный дождь печальные стрижи.
Я выйду из подъезда. Уборщица в развалку
то ли копейку ищет, то ль отраженья звезд…
нас окропит дождем, как старой поливалкой,
шофер которой адски
замерз.
забрал...но
мешает мне читать два безударных в "влепит на лавочку"... хочу влепить в лавочку )
так меще есть такой ритм. Через строку. но тут сильно мешает.
"бар, где дым
висит" - тяжел для про-чтения этот анжабеман.
"шофер которой адски
замерз." - все понятно. можно укоротить. но я бы меньше...
Это мне понра, поэтому я начитывал даже. и ломался на этом. 5 вариантов начитал. про-слушал. приноровился, но...
по поводу анжамбемана не согласна - на то он и есть прием, чтоб замедлял скорость чтения.
Что до ритма, то он тут и впрямь диковат - адская смесь ямба и ударника )). Но чет мне пока и так норм. Но я подумаю, спасибо ).
"А будет это так: заплачет ночь дискантом,
И ржавый ломкий лист зацепит за луну,
И белый-белый снег падет с небес десантом,
Чтоб черным городам придать голубизну."
Юрий Визбор
Хорошее, Ань.
Единственное - "этот" и "эту" в одной строке мне кажется чересчур.
Визбор крут ))
ну не знаю, с "этими" вполне обдуманная синтаксическая штука, нарочно вставленный рефрен...
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Спать, рождественский гусь,
отвернувшись к стене,
с темнотой на спине,
разжигая, как искорки бус,
свой хрусталик во сне.
Ни волхвов, ни осла,
ни звезды, ни пурги,
что младенца от смерти спасла,
расходясь, как круги
от удара весла.
Расходясь будто нимб
в шумной чаще лесной
к белым платьицам нимф,
и зимой, и весной
разрезать белизной
ленты вздувшихся лимф
за больничной стеной.
Спи, рождественский гусь.
Засыпай поскорей.
Сновидений не трусь
между двух батарей,
между яблок и слив
два крыла расстелив,
головой в сельдерей.
Это песня сверчка
в красном плинтусе тут,
словно пенье большого смычка,
ибо звуки растут,
как сверканье зрачка
сквозь большой институт.
"Спать, рождественский гусь,
потому что боюсь
клюва - возле стены
в облаках простыни,
рядом с плинтусом тут,
где рулады растут,
где я громко пою
эту песню мою".
Нимб пускает круги
наподобье пурги,
друг за другом вослед
за две тысячи лет,
достигая ума,
как двойная зима:
вроде зимних долин
край, где царь - инсулин.
Здесь, в палате шестой,
встав на страшный постой
в белом царстве спрятанных лиц,
ночь белеет ключом
пополам с главврачом
ужас тел от больниц,
облаков - от глазниц,
насекомых - от птиц.
январь 1964
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.