Вот отливается чёрное море от белой скалы.
Вот отливаются бедному котику рыбкины слёзы.
Пара курортных страдальцев, вальяжных, как львы
Жарят бифштексы из собственных тел в безобразнейших позах.
Надпись наскальная гордо гласит:"Здесь был я" и "Серёга - дурак".
Влагой небесной промыло светило своё воспалённое веко.
В маленькой бухточке удит кефаль безотцовщина Мой Телемак.
Но не дождаться, увы, ни письма, ни поклёвки несчастному греку.
Всё объясняется жаркой погодой. Под солнышком мест
Хватит для всех, а в тени - даже градусам душно и тесно.
Повар божественный выдаст мне то, что и свинка не съест.
Всё ли полезно, что в рот осквернённый полезло?
Гелиос, что же ты спишь? Уж давно колесницу твою
Сбондил "мажор" Фаэтон,и по встречной летит, куролеся.
Где-то в магнолий кустах сладкозвучно сирены поют
Пляжный шансон вперемешку с руладой Григория Лепса.
Солнце погасло. Но яростно плещется море в ушах.
Как нестинарский костёр, обожгла раскалённая галька.
Скользкою рыбой морской выплывает из тела душа,
Машет, прощаясь, хвостом, плавниками: "До встречи, Виталька!"
Вот я чешуйчатой глыбой плыву во всю прыть
Из мезозойских морей разукрашенной жёлтою лодкой.
Падает в воду пророк, мне заданье - его проглотить,
Дабы три ночи, три дня он торчал в моей глотке.
Тут я очнулся...Под чаек пронзительный крик
Плюхалась в сонной водичке размокшей салфеткой медуза.
Где-то вдали, преогромный, как лайнер, белел Моби Дик
И Посейдон бородатый трезубцем чесал ему пузо.
Второе Рождество на берегу
незамерзающего Понта.
Звезда Царей над изгородью порта.
И не могу сказать, что не могу
жить без тебя - поскольку я живу.
Как видно из бумаги. Существую;
глотаю пиво, пачкаю листву и
топчу траву.
Теперь в кофейне, из которой мы,
как и пристало временно счастливым,
беззвучным были выброшены взрывом
в грядущее, под натиском зимы
бежав на Юг, я пальцами черчу
твое лицо на мраморе для бедных;
поодаль нимфы прыгают, на бедрах
задрав парчу.
Что, боги, - если бурое пятно
в окне символизирует вас, боги, -
стремились вы нам высказать в итоге?
Грядущее настало, и оно
переносимо; падает предмет,
скрипач выходит, музыка не длится,
и море все морщинистей, и лица.
А ветра нет.
Когда-нибудь оно, а не - увы -
мы, захлестнет решетку променада
и двинется под возгласы "не надо",
вздымая гребни выше головы,
туда, где ты пила свое вино,
спала в саду, просушивала блузку,
- круша столы, грядущему моллюску
готовя дно.
январь 1971, Ялта
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
