это оно!
как вчера не заметила? и ты промолчала. . .
так, как и хотела, да-да-да:
«Следовать краткому японскому стилю с его тонким восприятием красоты не обязательно» и «Лаконичная, но произвольная форма поэзии». )))
Басё никогда не боялся нарушать многочисленные предписания одной из лаконичных форм поэзии - хокку,
а его «пруд» был описан в одном поэтическом исследовании: «Импрессионизм как господствующее направление японской поэзии»
Старый пруд!
Прыгнула лягушка.
Всплеск воды.
Импрессионизм - сиюминутность
именно это
хотя не только, можно ещё что улыбчивое )))
Еще когда у нас хоккура вовсю работала, там негласно допускались отклонения от классических японских хокку, хотя приветствовались "прямые попадания". Я здесь и сочинила всё так, как на хоккуре, в память хорошего проекта, в котором я иногда с помогала Валере. Ну, и участвовала по возможности. Вот и всё, пожалуй)))
на что память способна!
Тамила, какая же ты умничка...
Да ну, я же писала от души и для очень хорошего человека, который уж точно умеет настоящие хокку писать)))
Спасибо, Тамил! Славный гостинчек :) А настоящие хокку могут писать три-четыре человека со старой Хоккуры вроде Esther, Mikow или Vilde. Там, помимо сказанного Алексом, еще сто-о-ока нюансов, что руки опускаютца. Так что нюансами и впрямь лучше не заморачиваться :)
Да-да, Валер, мы с тобой это когда-то уже обсуждали, и ты знаешь, что я это понимаю. Но я очень хотела, чтобы всё выглядело, как на "Хоккуре":) Эх, хорошие были времена...)
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Записки из мертвого дома,
Где все до смешного знакомо,
Вот только смеяться грешно —
Из дома, где взрослые дети
Едва ли уже не столетье,
Как вены, вскрывают окно.
По-прежнему столпотвореньем
Заверчена с тем же терпеньем
Москва, громоздясь над страной.
В провинции вечером длинным
По-прежнему катится ливнем
Заливистый, полублатной.
Не зря меня стуком колесным —
Манящим, назойливым, косным —
Легко до смешного увлечь.
Милее домашние стены,
Когда под рукой — перемены,
И вчуже — отчетливей речь.
Небось нам и родина снится,
Когда за окном — заграница,
И слезы струятся в тетрадь.
И пусть себе снится, хвороба.
Люби ее, милый, до гроба:
На воле — вольней выбирать...
А мне из-под спуда и гнета
Все снится — лишь рев самолета,
Пространства земное родство.
И это, поверь, лицедейство —
Что будто бы некуда деться,
Сбежать от себя самого.
Да сам то я кто? И на что нам
Концерты для лая со шмоном —
Наследникам воли земной?
До самой моей сердцевины
Сквозных акведуков руины,
И вересковые равнины,
И — родина, Боже Ты Мой...
1983
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.