Как будто умер. Но не погребён.
Приходят. Только в точь как на могилу.
Стоят недолго и ступают вон,
не разводя пустую говорильню.
Бывает, что, столкнувшись, парой фраз
да перекинутся задумчивые лица.
И тут же в тень. В пустынном зале вальс
осенних листьев пробует кружиться,
но робко осыпается не в такт.
Вдруг хохот с эхом грянет неуместный.
Здесь смерть, вы что? Здесь разве можно так?
Ещё конечно многие рефлексы
нам говорят о том, что кто-то жив,
тем самым сея шёпот заблуждений.
Покинут, обессилен, недвижим.
а в чудо... В чудо верует блаженный.
За гремучую доблесть грядущих веков,
За высокое племя людей
Я лишился и чаши на пире отцов,
И веселья, и чести своей.
Мне на плечи кидается век-волкодав,
Но не волк я по крови своей,
Запихай меня лучше, как шапку, в рукав
Жаркой шубы сибирских степей.
Чтоб не видеть ни труса, ни хлипкой грязцы,
Ни кровавых костей в колесе,
Чтоб сияли всю ночь голубые песцы
Мне в своей первобытной красе,
Уведи меня в ночь, где течет Енисей
И сосна до звезды достает,
Потому что не волк я по крови своей
И меня только равный убьет.
17-28 марта 1931, конец 1935
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
