Всякий, кто вместо одного колоса или одного стебля травы сумеет вырастить на
том же поле два, окажет человечеству и своей родине большую услугу, чем все
политики, взятые вместе
любовь, измена, смерть как повод для созвучий,
как повод голосам наполнить свет и вдох.
любовь, измена, смерть – что может быть дремучей
мучительных страстей из оперных миров,
где бой на шпагах нот в дуэлях теноров,
где руки мавра лишь орнамент чернокожий,
а звуками казнят и душат верхним «ля»,
где вместо года акт, а время такты множат,
лик сцены превратив в гигантский циферблат,
где бал всегда таит нежданный маскарад,
где пляшут, чтобы дать отдохновенье уху,
пронзённому иглой шальных колоратур,
за ариозный блеск простят любое брюхо,
и сладкогласен всяк – не только трубадур,
берущий в плен сердца пальбой фиоритур,
где звёзды сыплет ночь кристаллами пассажей,
и баркаролой мир оправдан и воспет,
где перьями пестрят легчайшие плюмажи
и столь же невесом стук быстрых кастаньет
у той, что предпочла свободу и стилет,
где плащ скрывать готов лицо и преступленье,
чахоточной дано бескашлево звенеть
и долго угасать, дробя поток мгновений
на капли серебра, «восьмушек» круговерть -
где бытия хребет – любовь, измена, смерть.
...Опускаясь со дна, поднимаясь на дно,
я запомнил с часами костёл.
Начиналось на станции Ангел оно,
у Семи продолжалось Сестёр.
Развлекательный пирс на морском берегу,
всё быстрей и быстрей карусель.
Веселись не хочу, хохочи не могу,
а ребяческий страх пересиль.
Маракует астролог тире хиромант
и по звёздам читает ладонь.
Не смертельно, что мой гороскоп хероват,
а её гороскопа не тронь.
В небесах замирает навытяжку змей,
напрягается трос-окорот.
Истукана из лавки восточной прямей
этот викторианский курорт.
Отступает волна, подступает волна,
выступает на площади мим.
Как она, одинаков во все времена,
а сегодня ни с чем не сравним.
А по волнам трассирует камень-голыш
и почти настигает закат,
и вбирает с ладони ливанский гашиш
по-британски терпимый Silk Cut.
И зеркальная вывеска «завтрак-ночлег»,
и хозяина вежливый стук,
и горящий ночник, как он утром поблек,
одеяла узорный лоскут.
Не стучи, не тревожь, мы не спим однова.
Как рукой удержать жернова?
Я пишу на обложке буклета слова,
а она как волна, как трава, —
перемелется всё, перемолотый сор
отклубится и ляжет под пресс.
Как две капли ни с чем не сравнимый узор
через шёлковый вспыхнет разрез.
1995
_____________________________________ Silk Cut— «Шёлковый разрез» (англ.), популярная в Британии марка сигарет
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
