Катилось бесстыжее солнце по миру
Простым колесом и конечно с шипами
Один гражданин вслух сказал, очень мило
Другие, за это, его защипали
А что колесу, и не сладко, не кисло
Катилось чуть дальше, чем взгляд видеть может
И верно устало, и тут же зависло
А может быть, там, прикорнуло на ложе
Паскуда луна вышла, строит всем глазки
Да свет фонарей стал как будто бы глубже
А там, за окном, дева стонет от ласки
Но тут, под окном, стынут грязные лужи
И так, в полутьме, мир не так уж и марок
Плывут облака, как в морях каравеллы
Несётся поток, из крутых иномарок
В строках бытия, кто-то ставит пробелы
Наверное, надо быть чуточку выше
Чтоб видеть другое, вокруг что твориться
Нет, я не сошёл с ума, я с ума вышел
Стал просто свободен, как певчая птица
Я был только тем, чего
ты касалась ладонью,
над чем в глухую, воронью
ночь склоняла чело.
Я был лишь тем, что ты
там, снизу, различала:
смутный облик сначала,
много позже - черты.
Это ты, горяча,
ошую, одесную
раковину ушную
мне творила, шепча.
Это ты, теребя
штору, в сырую полость
рта вложила мне голос,
окликавший тебя.
Я был попросту слеп.
Ты, возникая, прячась,
даровала мне зрячесть.
Так оставляют след.
Так творятся миры.
Так, сотворив их, часто
оставляют вращаться,
расточая дары.
Так, бросаем то в жар,
то в холод, то в свет, то в темень,
в мирозданьи потерян,
кружится шар.
1982
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
