Выхожу из парадного, оглядываюсь и… стоп.
Не так. Вхожу из парадного, оглядываюсь, синицы
трещат, что Крещатик длиннее Тверской, стихотворных стоп –
пять основных, а остальных, что церквей в столице.
Жмурюсь от солнца, без солнца щурюсь: забыл очки.
Пытаюсь понять, как от за или не за (допустим, за) дернул шторы
зависит количество света, на набранные очки
в «Запорожье» смогу ли купить уши Бродского… скоро
зима, конец фильма, кризис, пора отдавать долги
тому, кто массирует сердце, в аорту вливая по капле
сумерки, что к зиме более выстужены и долги,
что каждая жаба в этом болоте мечтает о цапле,
и чахле, и сдохле, и чтобы небо, не падать, стрела
и корона, кожу в огонь, трезвый вернулся Улисс…
Зябко, и в горле першит от ноябрьского стекла.
Домой выхожу из (допустим, за) дернутых шторами улиц…
Будь хоть самым впередсмотрящим,
будь хоть пядей семи во лбу,
одиночество – черный ящик
ты несешь на своем горбу,
патриотом иль демократом, –
все равно тебе нечем крыть,
поднимаешь его домкратом
и не можешь никак открыть
включишь телек, а там – Доренко,
снова выключишь – тишина,
раздражает тебя за стенкой
чья-то теща или жена;
открываешь газету "Завтра",
разворачиваешь "МК",
нет былого в тебе азарта,
нет явления игрока;
и, снотворному непокорный,
вспомнишь мать, призовешь отца.
Одиночество – ящик черный,
не разгаданный до конца;
думал – с жару, лелеял – с пылу,
все, казалось, чурался зла.
Жизнь как будто не проходила,
а оказывается – прошла.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
