Он вновь пришел сюда из-за неё.
Она вздохнула. Тихо села рядом.
Стонали чайки, вилось вороньё
Над старым, голо-почерневшим садом.
Тоскливо стлался над землёю дым
И вис на стеблях трав, сухих и ломких,
Клоками сизой, грязной бороды;
И полз к пруду, ложась у самой кромки
Студёно-чёрной, сумрачной воды -
Как будто жаждал холода напиться...
То заметали осени следы:
Сжигали листьев сморщенные лица.
Тянулся долгий, густо-серый чад,
Но горьких нот они не замечали:
Молчали рядом, как всегда молчат
В конце пути. Или... в его начале?
Уже давно она была одна -
Скиталась тенью прошлого забытой,
И он достиг своих страданий дна:
Один, как перст - судьбой и жизнью битый.
Осенний храм двух одиноких душ
Развеял в них седые тучи мрака...
Седой старик ступал по ямкам луж.
Он шёл домой. И с ним - ЕГО собака.
Мы с тобой на кухне посидим,
Сладко пахнет белый керосин;
Острый нож да хлеба каравай...
Хочешь, примус туго накачай,
А не то веревок собери
Завязать корзину до зари,
Чтобы нам уехать на вокзал,
Где бы нас никто не отыскал.
Январь 1931
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
