Всё равно кто из нас, устав, прохрипит: довольно, –
и золотые монеты станут обычной глиной.
Будет любовь – обязательно будет больно,
и дорога из «больно» окажется очень длинной.
Кто бы ни шел по ней: с пёсиком Элли, парень
железный c тупым болтуном Страшилой –
что нас не убивает, обычно старит, –
эта дорога вести будет между Сциллой
и злой Харибдой, сестрою ее заклятой, –
вязкой тоски в путину водоворота
сердце сожмёт, покажется – все пираты
на абордаж заходят с левого борта.
Будет дорога, будет конец дороги –
недосягаем, вроде бы, невозможен –
и, будто вождь, уводящий полночь в пироге,
будет рассвет торжественен, осторожен
дня, когда, наконец, замесив всю глину,
кто-то гончарный круг крутанет невольно,
кто-то из нас, путь начиная заново этот длинный –
будет любовь – обязательно будет больно…
По вечерам над ресторанами
Горячий воздух дик и глух,
И правит окриками пьяными
Весенний и тлетворный дух.
Вдали, над пылью переулочной,
Над скукой загородных дач,
Чуть золотится крендель булочной,
И раздается детский плач.
И каждый вечер, за шлагбаумами.
Заламывая котелки,
Среди канав гуляют с дамами
Испытанные остряки.
Над озером скрипят уключины,
И раздается женский визг,
А в небе, ко всему приученный,
Бессмысленно кривится диск.
И каждый вечер друг единственный
В моем стакане отражен
И влагой терпкой и таинственной,
Как я, смирён и оглушен.
А рядом у соседних столиков
Лакеи сонные торчат,
И пьяницы с глазами кроликов
"In vino veritas!" кричат.
И каждый вечер, в час назначенный
(Иль это только снится мне?),
Девичий стан, шелками схваченный,
В туманном движется окне.
И медленно, пройдя меж пьяными,
Всегда без спутников, одна,
Дыша духами и туманами,
Она садится у окна.
И веют древними поверьями
Ее упругие шелка,
И шляпа с траурными перьями,
И в кольцах узкая рука.
И странной близостью закованный,
Смотрю за темную вуаль,
И вижу берег очарованный
И очарованную даль.
Глухие тайны мне поручены,
Мне чье-то солнце вручено,
И все души моей излучины
Пронзило терпкое вино.
И перья страуса склоненные
В моем качаются мозгу,
И очи синие бездонные
Цветут на дальнем берегу.
В моей душа лежит сокровище,
И ключ поручен только мне!
Ты право, пьяное чудовище!
Я знаю: истина в вине.
24 апреля 1906. Озерки
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
