Ты видел осенней души листопад,
И ту безысходность на лицах,
Когда небо рвАлось от хлипких заплат,
И гибли без воздуха птицы?
Быть может ты видел, как ветреный шторм
Швырял беззащитную милость,
Где всех нас тогда расчленяли на корм,
Для тех кто отъел зверорылость?
И падали листья, и в колокол бил
Монах, руки грея дыханьем...
Быть может ты видел, как ангел молил,
Ту ночь оглушая рыданьем?
Морозная стылость прильнула щекой
К горящему в нас с тобой сердцу.
Здесь прОлита кровь - мир уже стал другой,
И больно, и стыдно, и мерзко...
Когда небо рвалось от хлипких заплат,
И гибли без воздуха птицы,
Ты видел осенней души листопад,
И ту безысходность на лицах?
Будь хоть самым впередсмотрящим,
будь хоть пядей семи во лбу,
одиночество – черный ящик
ты несешь на своем горбу,
патриотом иль демократом, –
все равно тебе нечем крыть,
поднимаешь его домкратом
и не можешь никак открыть
включишь телек, а там – Доренко,
снова выключишь – тишина,
раздражает тебя за стенкой
чья-то теща или жена;
открываешь газету "Завтра",
разворачиваешь "МК",
нет былого в тебе азарта,
нет явления игрока;
и, снотворному непокорный,
вспомнишь мать, призовешь отца.
Одиночество – ящик черный,
не разгаданный до конца;
думал – с жару, лелеял – с пылу,
все, казалось, чурался зла.
Жизнь как будто не проходила,
а оказывается – прошла.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
