Всё сделано точно. Всё так, как учили.
Теперь надо срочно, чтоб не раскусили,
Подняться в автобус легко, осторожно,
Иначе взорваться не вовремя можно,
А надо добраться туда, в середину,
В толпу просочиться, и с видом невинным
Нажать незаметно на тайную кнопку,
Ступить на заветную райскую тропку,
Взлететь к небесам, и от счастья немея,
С собою неверных забрать иудеев.
И вот он крадется - смертельная мина,
Не глядя в глаза, а уставившись в спины,
Об этом в инструкции сказано ясно:
В глаза не смотреть! Это очень опасно…
Нет, правила он ни за что не нарушит!
ОНА заглянула сама в его душу…
И он возвращается взглядом украдкой
К зажатой в толпе одинокой солдатке,
Пилотка в погоне на плечике хрупком,
Сейчас она станет кровавым обрубком…
И сердце шахида внутри замирает,
Не нужно ему ни почёта, ни рая,
А хочется взять ее смуглую руку,
И быть с ней всегда, до седин и до внуков…
На долю секунды приходит смятенье -
Убить невиновных людей – преступленье!
Но выхода нет – ведь шахид его предок…
Взглянув на солдатку свою напоследок,
Еще не осмыслив любви своей первой,
Он сделает это! Не сдали бы нервы…
И та, что могла, но не стала любимой,
Растаяла в облаке черного дыма,
И стала не первой любовью, а первой,
Среди убиенных невинною жертвой…
А юноша новый с решительным видом
Заявит отцу: "Я хочу стать шахидом!"
Как дико смотреть в их счастливые лица,
Как страшно, что может опять повториться…
В кварталах дальних и печальных, что утром серы и пусты, где выглядят смешно и жалко сирень и прочие цветы, есть дом шестнадцатиэтажный, у дома тополь или клен стоит ненужный и усталый, в пустое небо устремлен; стоит под тополем скамейка, и, лбом уткнувшийся в ладонь, на ней уснул и видит море писатель Дима Рябоконь.
Он развязал и выпил водки, он на хер из дому ушел, он захотел уехать к морю, но до вокзала не дошел. Он захотел уехать к морю, оно — страдания предел. Проматерился, проревелся и на скамейке захрапел.
Но море сине-голубое, оно само к нему пришло и, утреннее и родное, заулыбалося светло. И Дима тоже улыбнулся. И, хоть недвижимый лежал, худой, и лысый, и беззубый, он прямо к морю побежал. Бежит и видит человека на золотом на берегу.
А это я никак до моря доехать тоже не могу — уснул, качаясь на качели, вокруг какие-то кусты. В кварталах дальних и печальных, что утром серы и пусты.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
