она замахнется на вечный сон, но выдержит ровно сутки
её обнимают, она кричит, что с царской семьей в родстве
он, томом верлена накрыв лицо, тихонько бормочет «суки»
и божьи коровки нагло ползут на свет
к ней ходят молиться и петь псалмы, сидеть и мечтать о море
о самом соленом из всех морей, не запертом в берега
способном навеки стереть, замыть последнюю из историй
о божьих коровках и о людских богах
он будет смотреть на горящий рим – изрезанные лодыжки
он будет планету сжимать в руках и сплющивать полюса
в ней море шумит, набирая ритм, в ней море так громко дышит
что божьим коровкам верится в небеса
выдохнул?
это все неправдоподобно
я упираюсь в мягкий родной живот
мама, держи-держи меня на ладонях
близко. у моря. прямо над головой
я отдаю свой воздух и свет взамен
Слушай же, я обещаю и впредь
петь твое имя благое.
На ухо мне наступает медведь —
я подставляю другое.
Чу, колокольчик в ночи загремел.
Кто гоношит по грязи там?
Тянет безропотный русский размер
бричку с худым реквизитом.
Певчее горло дерет табачок.
В воздухе пахнет аптечкой.
Как увлечен суходрочкой сверчок
за крематорскою печкой!
А из трубы идиллический дым
(прямо на детский нагрудник).
«Этак и вправду умрешь молодым», —
вслух сокрушается путник.
Так себе песнь небольшим тиражом.
Жидкие аплодисменты.
Плеск подступающих к горлу с ножом
Яузы, Леты и Бренты.
Голос над степью, наплаканный всласть,
где они, пеший и конный?
Или выходит гримасами страсть
под баритон граммофонный?
1992
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.