С прошедших лет отсчитывая сдачу,
селюсь на дачу
и жизнь пишу двенадцати бегоний,
что твой Светоний,
который Гай Транквилл...лизатор, вместе
со мной ютится на насесте,
из ослабевших выпадает пальцев,
когда я сплю в одном из зальцев.
Бегонии кивают мне листками.
Вдали свистками
приветствуют друг друга тепловозы.
Шумят берёзы
и сорняки растут неутомимо,
а вечерами мимо
идёт народ с авоськами, кульками
и воздух полон мотыльками.
Я зажигаю лампу на веранде,
шепчу "Отстаньте!"
Не отстают. Поэтому по средам
пью чай с соседом.
Соседу нету дела до материй,
но он потерей
большой, однако, это не считает -
ему хватает
своих забот о яблонях и вишнях.
Темнеет в вышних.
Струит свой свет на дачный наш посёлок
Луны осколок
и в тишине стоит посёлок дачный
пустой и мрачный.
Здесь можно жить до самых труб небесных:
пейзажей местных,
я думаю, мне хватит до финала.
Мне нужно мало.
Смотреть в окно, кишащее щеглами
и четырьмя углами
отгородиться здесь, построить стены
и постепенно
забыть все имена, своё включая,
не отличая
весны от осени и сна от яви.
Как видно, вправе
на это я. Увидев, что я лишний,
ты всё простишь мне.
Ю. Сандул. Добродушие хорька.
Мордашка, заострявшаяся к носу.
Наушничал. Всегда – воротничок.
Испытывал восторг от козырька.
Витийствовал в уборной по вопросу,
прикалывать ли к кителю значок.
Прикалывал. Испытывал восторг
вообще от всяких символов и знаков.
Чтил титулы и звания, до слез.
Любил именовать себя «физорг».
Но был старообразен, как Иаков,
считал своим бичем фурункулез.
Подвержен был воздействию простуд,
отсиживался дома в непогоду.
Дрочил таблицы Брадиса. Тоска.
Знал химию и рвался в институт.
Но после школы загремел в пехоту,
в секретные подземные войска.
Теперь он что-то сверлит. Говорят,
на «Дизеле». Возможно и неточно.
Но точность тут, пожалуй, ни к чему.
Конечно, специальность и разряд.
Но, главное, он учится заочно.
И здесь мы приподнимем бахрому.
Он в сумерках листает «Сопромат»
и впитывает Маркса. Между прочим,
такие книги вечером как раз
особый источают аромат.
Не хочется считать себя рабочим.
Охота, в общем, в следующий класс.
Он в сумерках стремится к рубежам
иным. Сопротивление металла
в теории приятнее. О да!
Он рвется в инженеры, к чертежам.
Он станет им, во что бы то ни стало.
Ну, как это... количество труда,
прибавочная стоимость... прогресс...
И вся эта схоластика о рынке...
Он лезет сквозь дремучие леса.
Женился бы. Но времени в обрез.
И он предпочитает вечеринки,
случайные знакомства, адреса.
«Наш будущий – улыбка – инженер».
Он вспоминает сумрачную массу
и смотрит мимо девушек в окно.
Он одинок на собственный манер.
Он изменяет собственному классу.
Быть может, перебарщиваю. Но
использованье класса напрокат
опаснее мужского вероломства.
– Грех молодости. Кровь, мол, горяча. -
я помню даже искренний плакат
по поводу случайного знакомства.
Но нет ни диспансера, ни врача
от этих деклассированных, чтоб
себя предохранить от воспаленья.
А если нам эпоха не жена,
то чтоб не передать такой микроб
из этого – в другое поколенье.
Такая эстафета не нужна.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
