мальчик девочка стойкий солдатик конфетная фея
сказка пишется лаком рябиновой ягоды в
подъязычьи ах ганс мы долюбим нет ганс мы сумеем
в одноточие слиться на красном начале строфы
в сердцевине кувшинки колышутся шарфиком тени
по-лягушачьи чмокает пруд затопивший асфальт
в жёлтом брюхе трамвая мурлычет на заднем сиденье
на коленях у фей томик ганса
шалит циферблат
небосклона какой-то под-полдень почти недо-полночь
время крепкий орешек хоть челюсть платком подвяжи
каруселит трамвай и рябиновой ягодки горечь
пляшет лаком и сказкой пятнашит изнанку души
наслоенье начал больше-гансовски добрых финалов
хроматизмы хромающих слов жародышащих слов
мы сегодня придумаем новую версию бала
обнаивив беспечное танго иксов хромосом
на кувшинке-сиденье пожарит рябинно-рябинно
мы не ищем простых и конфетных мы сами горьки
просто бабка-сова нам приклеила крылышки к спинам
и пробила компостером полость у левой руки
в жёлтом брюхе-трамвае стучащем как древнее блюдце
где мурчащая кошкою книжка краснеет как аль
языков мы долюбим мы сможем почти захлебнуться
кислородом густым как серебряно-звёздочный тальк
мальчик девочка стойкость конфетность рябиновый яд
ганс не ешь этих ягод
они ярче сказок горят
Ты белые руки сложила крестом,
лицо до бровей под зелёным хрустом,
ни плата тебе, ни косынки —
бейсбольная кепка в посылке.
Износится кепка — пришлют паранджу,
за так, по-соседски. И что я скажу,
как сын, устыдившийся срама:
«Ну вот и приехали, мама».
Мы ехали шагом, мы мчались в боях,
мы ровно полмира держали в зубах,
мы, выше чернил и бумаги,
писали своё на рейхстаге.
Своё — это грех, нищета, кабала.
Но чем ты была и зачем ты была,
яснее, часть мира шестая,
вот эти скрижали листая.
Последний рассудок первач помрачал.
Ругали, таскали тебя по врачам,
но ты выгрызала торпеду
и снова пила за Победу.
Дозволь же и мне опрокинуть до дна,
теперь не шестая, а просто одна.
А значит, без громкого тоста,
без иста, без веста, без оста.
Присядем на камень, пугая ворон.
Ворон за ворон не считая, урон
державным своим эпатажем
ужо нанесём — и завяжем.
Подумаем лучше о наших делах:
налево — Маммона, направо Аллах.
Нас кличут почившими в бозе,
и девки хохочут в обозе.
Поедешь налево — умрёшь от огня.
Поедешь направо — утопишь коня.
Туман расстилается прямо.
Поехали по небу, мама.
1992
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
