Любимый мой! Покрепче обними,
Согрей своими нежными руками,
Продли в слиянье губ прекрасный миг,
Зажги сиянье страсти в тихом храме!
Сорвав запрета древнюю печать,
Раскроем книгу судеб наших вместе.
Слова любви пусть громко зазвучат
Прелюдией твоей священной мессы.
Прильну сильней, когда ты в храм войдёшь
Желанным гостем сильным и умелым,
И мы сквозь блеск стихии, стон и дрожь
Рванёмся в космос, став единым целым!
А после в наступившей тишине,
Познав восторг предвосхищенья рая,
Не будем мир воспринимать извне,
Замрём надолго, счастье ощущая.
Очнувшись, ты и мне не дашь уснуть,
Маня словами мессы в космос дальний,
Я голову склоню тебе на грудь,
Блаженствуя от трепета признаний.
Но ты утихнешь, мне не всё сказав,
Касаясь губ огнём меня блаженной...
Мой милый, загляни в мои глаза,
Увидишь в них сияние вселенной
И сразу всё поймёшь без лишних слов,
Любя безумно, веря и надеясь.
Я знаю – ты опять в полёт готов.
Покрепче обними!.. Какая прелесть!
Я волком бы
выгрыз
бюрократизм.
К мандатам
почтения нету.
К любым
чертям с матерями
катись
любая бумажка.
Но эту...
По длинному фронту
купе
и кают
чиновник
учтивый
движется.
Сдают паспорта,
и я
сдаю
мою
пурпурную книжицу.
К одним паспортам —
улыбка у рта.
К другим —
отношение плевое.
С почтеньем
берут, например,
паспорта
с двухспальным
английским левою.
Глазами
доброго дядю выев,
не переставая
кланяться,
берут,
как будто берут чаевые,
паспорт
американца.
На польский —
глядят,
как в афишу коза.
На польский —
выпяливают глаза
в тугой
полицейской слоновости —
откуда, мол,
и что это за
географические новости?
И не повернув
головы кочан
и чувств
никаких
не изведав,
берут,
не моргнув,
паспорта датчан
и разных
прочих
шведов.
И вдруг,
как будто
ожогом,
рот
скривило
господину.
Это
господин чиновник
берет
мою
краснокожую паспортину.
Берет -
как бомбу,
берет —
как ежа,
как бритву
обоюдоострую,
берет,
как гремучую
в 20 жал
змею
двухметроворостую.
Моргнул
многозначаще
глаз носильщика,
хоть вещи
снесет задаром вам.
Жандарм
вопросительно
смотрит на сыщика,
сыщик
на жандарма.
С каким наслажденьем
жандармской кастой
я был бы
исхлестан и распят
за то,
что в руках у меня
молоткастый,
серпастый
советский паспорт.
Я волком бы
выгрыз
бюрократизм.
К мандатам
почтения нету.
К любым
чертям с матерями
катись
любая бумажка.
Но эту...
Я
достаю
из широких штанин
дубликатом
бесценного груза.
Читайте,
завидуйте,
я -
гражданин
Советского Союза.
1929
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
