(Этакий голубь-сизарь)
Неправильный здесь, непонятный, ненужный
чистый сморщенный старичок
(будто, выпорхнул вдруг из какой-то забытой реальности,
трансгрессировал прямо из прошлой жизни
к МакАвто)
стоит в февральской московской луже.
Стоит и воркует себе тихонько:
"Господи-помоги,
сынок-дочка, тебе
за копеечку малую,
за картошечку фри,
за глоток (Святый Боже) воды минеральной".
Чистый сморщенный старичок
(этакий голубь-сизарь)
крепко сжал кулачок
(потому как, наверно, не может губу прикусить:
нужно (так все нелепо!) копеечку-крошку просить)
со всем, что осталось,
с бесценным сокровищем-
единственной строчкой в треугольничке
древнем военном:
"Вернусь, только жди! Твой и твой навсегда"...
И вернулся,
собой пропитав каждый камень молящей земли
от Отца-Сталинграда до Вены,
к печной обгоревшей трубе
чистым сморщенным старичком
(этаким голубем-сизарем)
с треугольничком в кулачке...
...и с картошечкой фри в стыдливой дрожащей ладошке.
Пришел
и упал на колени с разорванным сердцем
(от горя, от боли утрат, от стыда),
с перламутровой гордостью на груди
(первой степени).
Так и стоял, опустивши глаза,
но
не перед врагом-супостатом вчерашним,
а передо мной!..
-Уходи,-
я сказал ему,
взял из окошка
свой Мак-fuckin'-завтрак,
и, не оглянувшись,уехал,
вселенским плюясь раздраженьем
на Бога, царя, на героя
на все и на вся,
на дурень-февраль
и на то, что начальник, хапуга и враль,
мой каторжный труд никак не отметил.
Уехал
и больше ни разу не встретил
чистого сморщенного старичка
(этакого голубя-сизаря),
Эту Посылку Твою, Святый Боже!!!
Не встретил
Ни разу
Его...
И кто зачем рождëн, и кто к чему готов, известно мудрецам, объявлено пророкам. А город ждëт своих неправильных шутов. Приказывает жить — поскрипывать порогом, подсвечивать места, где прячется весна, прикармливать слова на берегу абзаца. На небе столько звëзд — вселенная тесна, поэтому мирам легко соприкасаться. Приходят корабли, деревья говорят, фонарщики поют, мерцая головами: мы птичьи голоса, мы солнечный отряд. Мы, кажется, должны приглядывать за вами.
И кто кому судья, и кто кого простит, и кто оставил здесь закатные ожоги, понятно тем богам, что держат нас в горсти, что дуют в наши лбы и остужают щëки. Кентаврам снится лес потерянных подков. Седому королю — заросший астероид.
А город ждëт своих беспечных дураков. Гештальты не закрыл. И двери не закроет. Зевающий швейцар листает облака. Эдемский старый дом качается на сваях. Вся ангельская рать спешит издалека — болтать о чепухе в спасительных трамваях. Судьба любого зла — лишь пепел да зола, горчащая печаль, похмельная икота. Твой крепкий бастион, упрямый, как скала, рассыплется, когда тебя окликнет кто-то. Возможно, гитарист, торговец, альбинос, возможно, господин, страдающий от зноя. Он скажет:
ты чего? Давай не вешай нос.
Вот крылья. Небо вот.
Не бойся — запасное.
16.02.2024
https://vk.com/carvedsvirel
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
