И оправдывались людишки, убеждённые мыслью одной: – Мы всего лишь пылинки в божьей горсти. А Господь смотрел с вышины и качал головой: – До пылинок в моей ладони вам ещё предстоит дорасти!
* * *
Земля – это место с видом на Господа Бога. Иногда он ленится, отправляя на службу Дьявола. Правда, по мнению местных поэтов, мысль не нова и убога, Зато отражает точно мысли из-под одеяла, Откуда не видно ни звёздного, ни хмурого неба, Но тепло стабильно протекает от пяток до кончика носа, И где бы во снах домашний романтик не был, Он твердо усвоил правило – у Вечности нет износа!
***
Три буквицы добра Скрепили напрочь мысли. Окружностью двора Захвачены все листья. Заштатные миры Заполнили случайность. Бог выбыл из игры - И создал этим тайну...
***
Спасает каждый жизнь внутри себя Другого - до беспамятства любя. И если ты любил или любим, То даже в смерти быть тебе живым! Спасает каждый жизнь вокруг себя Иного в бескорыстии любя, А если не любил, иль не любим, То даже в жизни не был ты живым
*** Я в мир иной не тороплюсь, Концом пути не скован. Я личной смерти не боюсь - Страшит лишь смерть другого: Того, кто рядом жизнь ведет, Родня родные лица, Кто смерть свою бесстрашно ждёт, И лишь моей - боится!
***
Я – Бога частица. Меня расщепить Можно только на слово, Хоть черти пытались меня подловить, Но нет в преисподней улова. Вечность играет со мной в поддавки, Стирая земную картину, Швыряет под ноги лужи-плевки, И смертью толкает в спину. Но я продвигаюсь сквозь заросли мглы, Неся чуть живую душу, И к берегу неба стараюсь доплыть, Границу рая нарушив, Где встретятся мертвые, чьи имена Засеяли путь звездномлечный. Но равнодушно смотрит страна Памяти искалеченной!
***
Под моим окном страна в непроходимых заносах. Жизнь с трудом выбирается из снежного холста. Господи, я посылал ежедневно на небо доносы, Ты их иногда перелистывал, если не читал? Понимаю, небеса задыхаются от земного спама Людей, желающих выиграть в халявную лотерею. Пусть мои послания почитают жена, папа и мама: И в холодную зиму эта мысль мне душу согреет!
* * *
Валерию Касищеву
Ходит под Богом Земля, А нам не везёт, хоть убейте. Россия – авось бытия. А все мы авоськины дети. Страна из холопов и слуг Стремится вперёд без оглядки, Но нас не возьмешь на испуг – Россия сильна беспорядком!
* * *
…подробности добра не разглашай, и планами не мучь календари… купи билет на поезд в третий Рим, сгущая мысль до Бога – не спеша… в Европе человеческой тоска свела лицо под проливным дождём, где белый свет, зажмурясь, молча ждёт удара неба в области виска
Здесь жил Швейгольц, зарезавший свою
любовницу – из чистой показухи.
Он произнес: «Теперь она в Раю».
Тогда о нем курсировали слухи,
что сам он находился на краю
безумия. Вранье! Я восстаю.
Он был позер и даже для старухи -
мамаши – я был вхож в его семью -
не делал исключения.
Она
скитается теперь по адвокатам,
в худом пальто, в платке из полотна.
А те за дверью проклинают матом
ее акцент и что она бедна.
Несчастная, она его одна
на свете не считает виноватым.
Она бредет к троллейбусу. Со дна
сознания всплывает мальчик, ласки
стыдившийся, любивший молоко,
болевший, перечитывавший сказки...
И все, помимо этого, мелко!
Сойти б сейчас... Но ехать далеко.
Троллейбус полн. Смеющиеся маски.
Грузин кричит над ухом «Сулико».
И только смерть одна ее спасет
от горя, нищеты и остального.
Настанет май, май тыща девятьсот
сего от Р. Х., шестьдесят седьмого.
Фигура в белом «рак» произнесет.
Она ее за ангела, с высот
сошедшего, сочтет или земного.
И отлетит от пересохших сот
пчела, ее столь жалившая.
Дни
пойдут, как бы не ведая о раке.
Взирая на больничные огни,
мы как-то и не думаем о мраке.
Естественная смерть ее сродни
окажется насильственной: они -
дни – движутся. И сын ее в бараке
считает их, Господь его храни.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
