--------
Я каждое утро, когда синится,
с младшим сыном выхожу из дому.
Иду дорогой: каждая синица –
хороший друг (или просто
знакома).
Здесь вижу,
своей руки отпечаток –
руками щупал,
ногами исшаркал,
но этот мир, как кочан или початок:
листья, снимай не снимай – всё «жарко».
Хожу здесь,
вроде,
год и день не первый,
гляжу берёзы и эти ивы.
Декабрьская куржа щекочет нервы,
душе (на рифму ) вливает силы.
В инее провода – фоном белые –
от столба до столба связь имей-ка,
и рожается желание смелое
(чем это не нотная линейка?)
И ключи скрипичные – фонарями.
А утро, да! –
нотная бумага –
в ожидании,
вот,
музыка грянет,
и мир напишет о жизни сагу.
Мы к осени пить перестанем,
Освоим гражданскую речь,
И мебель в домах переставим,
Чтоб не было места прилечь.
Над табором галок картавых
Синайская злая гроза,
Но рыбы в подводных кварталах
Закрыть не умеют глаза.
Взлетает оленья приманка
В рассеянный свет неживой,
А сердце на грани припадка
В упряжке любви гужевой.
Пространство сгущается к ночи,
Лежит на ветвях, как слюда.
Но рыб негасимые очи
Глядят из девонского льда,
Как времени грубые звенья
Наощупь срастаются в век.
А мы не имеем забвенья,
Стеная у медленных рек.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.