Мой душу с мылом. Вешай чеснок на хвост.
Вышей подол булавками-бубенцами.
Ходит на мёртвых цыпочках чёрный пёс
с розовыми огламуренными резцами.
Капают слюни, словно оксидный дождь.
Сыро-пещерна пасть, серно-грязен – выдох.
Пёс перманентно сыт, потому что вхож
в фабрики-кухни для человечьих видов, -
лапы макает в души, - видать, тепло,
смотрит, не энданулся чтобы счастливо
вальс манекенов на островке «тефлон»,
смуглых, почти как порченные оливы, -
вяжет шпагатом щиколотки и слух,
мажет забудочным маслицем память ночью…
Валится от усталости потный google,
глохнет от писка некормленых тамагочи:
этим – рецепт свинины, - как стать свиньёй,
этим – закон двоичный – как выйти замуж,
«мальчик, не жди повестку – убьёт весной»,
«кукла, не пей из хобота – сукой станешь»…
- пёс выключает свет. И на мёртвых цы
медленно подкрадывается к кроватям.
Он не упустит ни козлика, ни овцы,
ни крестоватого брата, ни бесноватой.
Чёрный язык по мыслям ползёт змеёй,
ртуть кислород извлекает из атмосферы.
Видишь? Стоит он, совести часовой,
сборщик податей, щипач нулевых размеров
мышцы под грудью…
Мой валерьяной рот, -
анестезия, котёнок, ну что той пытки?
Так переходят огонь, непременно вброд, -
смело, не в силах, правда, стереть улыбку, -
въелась, как ржавчина…
Так и сигают с крыш,
душат детей, собачатся с матерями…
Так выживаешь в питомнике. Так молчишь,
тесно зажатый подвалами и дворами,
так у френдленты лижешь метровый хвост,
к клавиатуре пальцами прилипая.
Так замечаешь, что в зеркале – чёрный пёс
кровь с языка утирает, зайдясь от лая.
Хехе, хочется сказать, что ты заговорила простым языком :))))))))) Это юмор такой, потому как, прости, многое у тебя я ваще не могу прочесть (канешна мой минус) но вот это даже прочлось.
На душу перенимать не буду и буковки всасывать не буду, если ты не против, потому как с мороза так хорошо :)
а мороз-то тут причём, Га?
удивительно -я не была уверена, что оно будет читаться как простое... ничего я не понимаю - ни в стихах, ни в себе)))
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Колокольный звон над Римом
кажется почти что зримым,-
он плывет, пушист и густ,
он растет, как пышный куст.
Колокольный звон над Римом
смешан с копотью и дымом
и с латинской синевой,-
он клубится, как живой.
Как река, сорвав запруду,
проникает он повсюду,
заливает, глушит, топит
судьбы, участи и опыт,
волю, действия и думы,
человеческие шумы
и захлестывает Рим
медным паводком своим.
Колокольный звон над Римом
кажется неутомимым,-
все неистовей прилив
волн, идущих на прорыв.
Но внезапно миг настанет.
Он иссякнет, он устанет,
остановится, остынет,
как вода, куда-то схлынет,
и откатится куда-то
гул последнего раската,-
в землю или в небеса?
И возникнут из потопа
Рим, Италия, Европа,
малые пространства суши -
человеческие души,
их движения, их трепет,
женский плач и детский лепет,
рев машин и шаг на месте,
шум воды и скрежет жести,
птичья ярмарка предместий,
милой жизни голоса.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.