Кровь выпита. Две ранки от укуса.
Тыперь и я, как ты, вампир.
И почему-то изменились вкусы.
Люблю ампир.
А прошлые души порывы
не в счет. Но время лечит нас.
Мы помним всё. И этим живы.
И хлещем брагу про запас...
Пошел я утром в магазин за пивом.
Со мной приятель Звездочет.
Пришли.А Маня нам в лицо сварливо:
Учет!
Хоть пива нет, зато в кармане
осталось несколько банкнот.
Благодаря сварливой Мане,
Ты не банкрот.
Класс. Даже "расчёт-счёт" не сразу заметила.)
А я бы еще ручью-хлчу заоднокореннил, но не сложилось. Когда такого чуть - енто наоборот - изуминка. ))) но... стереотипы. Я прям тут на сайте найду баталии из-за кровь-любовь и очччень высоко оцененные стихи с той же морковью. Эти экзерцизы на грани пошлости. Но как интересно пройтись по краю и не свалиться )
Ой! А спасибки-то забыл сказать). Спсб!
А я бы еще ручью-хлчу заоднокореннил, но не сложилось. Когда такого чуть - енто наоборот - изуминка. ))) но... стереотипы. Я прям тут на сайте найду баталии из-за кровь-любовь и очччень высоко оцененные стихи с той же морковью. Эти экзерцизы на грани пошлости. Но как интересно пройтись по краю и не свалиться )
Да ладно, даже у Пушкина есть вдруг-стук, а покопаться,так ещё тривиальнее.
Да у них и у Серебряного века такого полно. Это потом народ запривередничал )
Природный вытрезвитель
Мокрый снег скользящею гадюкой нагло
Мне за шиворот скатился на лопатки.
Отрезвляющая процедура. Правда.
Ал-ка-го-ле-вы-во-дя-щи-е осадки.
А алкоголе выводящие осадки.
в осаду взяли мой несчастный пищевод.
А утром после выпивки совсем не сладко.
Болел народ!
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Она пришла с мороза,
Раскрасневшаяся,
Наполнила комнату
Ароматом воздуха и духов,
Звонким голосом
И совсем неуважительной к занятиям
Болтовней.
Она немедленно уронила на пол
Толстый том художественного журнала,
И сейчас же стало казаться,
Что в моей большой комнате
Очень мало места.
Всё это было немножко досадно
И довольно нелепо.
Впрочем, она захотела,
Чтобы я читал ей вслух "Макбета".
Едва дойдя до пузырей земли,
О которых я не могу говорить без волнения,
Я заметил, что она тоже волнуется
И внимательно смотрит в окно.
Оказалось, что большой пестрый кот
С трудом лепится по краю крыши,
Подстерегая целующихся голубей.
Я рассердился больше всего на то,
Что целовались не мы, а голуби,
И что прошли времена Паоло и Франчески.
6 февраля 1908
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.