Давай же, Создатель, потешь гостей -
Состряпай, в антракте, из запчастей
Подружку для дурака.
Рабыня-поделка - на час возни. Подделка в руках Творца.
Ни сказок, ни нянькиной воркотни. Ни матери, ни отца.
И толку, что косы светлей руна, да память пока чиста?
Во взрослое тело заключена девчоночья маета...
Не тронь украшенья, оставь шелка - возляжешь нагой в тиши.
Ведь губы, не знавшие молока, раскрашены от души.
Какие игрушки? Люби и тешь суглинного муженька!
Попытка по-детски поднять мятеж...
Но зрители те же, и судьи те ж,
И яблока плоть горька.
--
Столетья корчились в дыму,
Еще живые.
Глядели ангелы во тьму,
Сторожевые,
Как без божественных щедрот,
В хлеву урода,
Рожала Ева и народ,
И дух народа.
Росло и крепло бы родство
Светло и смело,
Когда бы глиняная скво
Любить умела.
--
Хоть кляни свой удел, хоть смиряйся с ним, хоть вивать -
Сыновья подросли, научились плавать и выживать.
Одиночество самки укрыло детей, как палла.
Доспевал виноград. К алтарю волокли бычка.
День кончался. С гримаскою грудничка, младшая Евушка засыпала.
А Ева сидела в сумерках - недоступно и высоко -
И с пальцев слизывала капающее на руки молоко...
мне каэцца, не может быть у первой еврейской дьженьчины =косы светлей руна=... как-то с имиджем нации не вяжецца). Я б написал =косы черней воронА=, типа того )))
рыжая она была ры-жа-я! вот! и вполне возможно, голубоглазая. черные уже потом пошли - мешались. Это наблюдение типа моего про скво. Мне такие вещи мешают проникнуться звуками. А они чертовски здесь хороши!
Пунктик для размышления: как думаете, почему на многих полотнах Еву изображают именно светловолосой? Да и Марию Магдалину тоже (хотя, вот ее как раз - чаще рыжей).
И почему блондинок до сих пор считают более сексуальными (и более грешными)
светловолосой, но не русой. рыжие! )и ведьмы рыжие, да. Это у Дюрера краски выцвели. Но не суть. Их, действительно, не изображают иудейками, согласен. Изображают так, как близко своему восприятию. по канонам красоты местности. Как-то так )
Вот! Именно по канонам своего времени и своей местности. Здешняя Ева почти автоматически получает себе кукольные соломенные волосы.
и тучность кустодиевских красавиц до кучи! ). Хорошо-хорошо, не спорю ). Этот стих, Эш, действительно, или должен кануть или стать чем-то. Для второго найдите в себе силы. Ибо... это предисловие! )
А Павел мне напомнил. Я же с ней знаком! Потому знаю цвет ее волос! ) http://www.reshetoria.ru/user/Pro/index.php?id=21256&page=5&ord=0
да ты ровно близко знаком был, Коль, право))) стоит позавидовать... долголетию)
Роскошный, в духе поэзии Киплинга, текст с совершенно странной, лично для меня, точкой зрения на происходящее. Попытка уйти от официальщины и не прийти к слезливой попсе? Мне кажется не стоит об этом задумываться когда пишешь. И то и другое всё лучше придумывания постмодернистских версий событий. Автор понимающий почему у Дюрера Ева имеет светлые волосы и европейские черты, не должен писать о Еве как об антиподе современных автору женщин, умеющих любить и предпочитающих по возможности народ не рожать (ну разве только дух народа), поскольку много дел более интересных существует.
Это что касается концепции. Язык и форма стихотворения вопросов у меня не вызывают. Всё замечательно. Да и образ Евы, лишённой выбора, а значит и любви очень точен и трогателен. В целом прекрасная работа.
Благодарю за оценку. Но хочу напомнить, что автор никому ничего не должен. В том числе - разделять общепринятую (или принятую лично вами) точку зрения.
Это моя личная трактовка и оценка ситуации. Никому ее не навязываю, но пока не вижу предпосылок ее изменить.
Да и не надо изменять. Ни в коем случае. Останемся при своих)
Я, конечно, извиняюсь...
А как древнеримское исподнее смогло укрыть детей, которые научились плавать?
Кто вам сказал, что это исподнее? Это женская накидка, напоминающая расшитый плед. Ее в разное время носили по-разному, в том числе - и как верхнюю одежду, и как защитное покрывало во время песчаных бурь. В жару - и как единственное одеяние, почему бы нет.
Но по сути, плед - он и есть плед
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Когда меня пред Божий суд
На чёрных дрогах повезут,
Смутятся нищие сердца
При виде моего лица.
Оно их тайно восхитит
И страх завистливый родит.
Отстав от шествия, тайком,
Воображаясь мертвецом,
Тогда пред стёклами витрин
Из вас, быть может, не один
Украдкой также сложит рот,
И нос тихонько задерёт,
И глаз полуприщурит свой,
Чтоб видеть, как закрыт другой.
Но свет (иль сумрак?) тайный т о т
На чудака не снизойдёт.
Не отразит румяный лик,
Чем я ужасен и велик:
Ни почивающих теней
На вещей бледности моей,
Ни беспощадного огня,
Который уж лизнул меня.
Последнюю мою примету
Чужому не отдам лицу...
Не подражайте ж мертвецу,
Как подражаете поэту.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.