Ищу истоки истин в споре*,
Но их не нахожу в вине**.
Во мне тоскующий Печорин***,
И Данко**** пламенный во мне.
Стараюсь не прощать обиды
И жить свободно – в полный рост.
Я горд и недоступен с виду,
Хотя, как бог, чертовски прост.
Когда я нравлюсь, мне приятно;
Всё ж не тщеславьем, а скупой
Неординарностью запятнан,
Стараясь быть самим собой.
Конечно, скрытности в угоду
Души секреты прячу в стих,
Не демонстрируя народу
Ни сил, ни слабостей своих.
В потоке мнений и событий,
Следя за пузырями слов,
Я безнадёжно любопытен,
И жду сомнительный улов.
Труслив логично по натуре,
Бывал и безрассудно смел.
Изобразить в стакане бурю
Ни разу в жизни не сумел.
Совсем не жаден я, пожалуй;
По бедности, однако, скуп.
Всегда лукавство раздражало
Меня, как лёд неверных губ.
Летя в потоке многолюдном,
Теряюсь, превращаясь в тлю.
Бываю нудным, словоблудным –
В других такого не терплю.
Я иногда себе противен;
Ленив и слеп, как сытый кот;
Вглядишься, как на негативе***** –
Всё так, но всё наоборот.
Бываю мудр на удивленье,
Как ливень в нестерпимый зной;
Но часто глуп, как наводненье,
Что топит собственной виной.
То разум возбуждён до боли –
Всё чую, как голодный зверь.
А то вдруг сам собой доволен,
Вломясь в открывшуюся дверь.
Но если совесть жарко жало
Вонзает в мозг холодный мой,
Тогда я слаб, растерян, жалок,
Как снег, подтаявший зимой.
Реальный мир фантасмагорий
Бурлит в душе моей на дне.
Во мне тоскующий Печорин,
И Данко пламенный во мне.
1990
___________________________________________
* выражение "Истина рождается в споре" приписывают древнегреческому философу Сократу.
** in vino veritas (лат.) - истина в вине.
*** главный герой романа М.Лермонтова «Герой нашего времени».
**** герой одной из частей рассказа М.Горького «Старуха Изергиль».
***** проявленная фотоплёнка, в отличие от позитива (отпечатанной фотографии) имеет обратное цветовое изображение (белое выглядит чёрным и наоборот).
Старик с извилистою палкой
И очарованная тишь.
И, где хохочущей русалкой
Над мертвым мамонтом сидишь,
Шумит кора старинной ивы,
Лепечет сказки по-людски,
А девы каменные нивы -
Как сказки каменной доски.
Вас древняя воздвигла треба.
Вы тянетесь от неба и до неба.
Они суровы и жестоки.
Их бусы - грубая резьба.
И сказок камня о Востоке
Не понимают ястреба.
стоит с улыбкою недвижной,
Забытая неведомым отцом,
и на груди ее булыжной
Блестит роса серебрянным сосцом.
Здесь девы срок темноволосой
Орла ночного разбудил,
Ее развеянные косы,
Его молчание удлил!
И снежной вязью вьются горы,
Столетних звуков твердые извивы.
И разговору вод заборы
Утесов, свержу падших в нивы.
Вон дерево кому-то молится
На сумрачной поляне.
И плачется, и волится
словами без названий.
О тополь нежный, тополь черный,
Любимец свежих вечеров!
И этот трепет разговорный
Его качаемых листов
Сюда идет: пиши - пиши,
Златоволосый и немой.
Что надо отроку в тиши
Над серебристою молвой?
Рыдать, что этот Млечный Путь не мой?
"Как много стонет мертвых тысяч
Под покрывалом свежим праха!
И я последний живописец
Земли неслыханного страха.
Я каждый день жду выстрела в себя.
За что? За что? Ведь, всех любя,
Я раньше жил, до этих дней,
В степи ковыльной, меж камней".
Пришел и сел. Рукой задвинул
Лица пылающую книгу.
И месяц плачущему сыну
Дает вечерних звезд ковригу.
"Мне много ль надо? Коврига хлеба
И капля молока,
Да это небо,
Да эти облака!"
Люблю и млечных жен, и этих,
Что не торопятся цвести.
И это я забился в сетях
На сетке Млечного Пути.
Когда краснела кровью Висла
И покраснел от крови Тисс,
Тогда рыдающие числа
Над бледным миром пронеслись.
И синели крылья бабочки,
Точно двух кумирных баб очки.
Серо-белая, она
Здесь стоять осуждена
Как пристанище козявок,
Без гребня и без булавок,
Рукой указав
Любви каменной устав.
Глаза - серые доски -
Грубы и плоски.
И на них мотылек
Крыльями прилег,
Огромный мотылек крылами закрыл
И синее небо мелькающих крыл,
Кружевом точек берег
Вишневой чертой огонек.
И каменной бабе огня многоточие
Давало и разум и очи ей.
Синели очи и вырос разум
Воздушным бродяги указом.
Вспыхнула темною ночью солома?
Камень кумирный, вставай и играй
Игор игрою и грома.
Раньше слепец, сторох овец,
Смело смотри большим мотыльком,
Видящий Млечным Путем.
Ведь пели пули в глыб лоб, без злобы, чтобы
Сбросил оковы гроб мотыльковый, падал в гробы гроб.
Гоп! Гоп! В небо прыгай гроб!
Камень шагай, звезды кружи гопаком.
В небо смотри мотыльком.
Помни пока эти веселые звезды, пламя блистающих звезд,
На голубом сапоге гопака
Шляпкою блещущий гвоздь.
Более радуг в цвета!
Бурного лета в лета!
Дева степей уж не та!
1919
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
