Если теория относительности подтвердится, то немцы скажут, что я немец, а французы — что я гражданин мира; но если мою теорию опровергнут, французы объявят меня немцем, а немцы - евреем
В это чёртово время, в этой проклятой богом стране,
Где вчерашний профессор копается в мусорном баке,
Я уже не живу – доживаю свой век в стороне,
Наблюдая, как хищная тварь щерит зубы во мраке.
Укради на, окраина, ты же от слова УКРАСТЬ,
Что ещё принести тебе в жертву, насильнице кроткой,
Что ещё положить мне в твою безразмерную пасть,
Может, этот щерблёный стакан с суррогатною водкой?
Ты ж ничем не побрезгуешь, всё, до конца, отберёшь,
Даже кости мои обглодаешь бродячей собакой,
Что ж ты льёшь в мои уши гнусавую, гнусную ложь
Про ПАКРАЩЕННЯ КРИЗЬ и удобство помойного бака...
* * *
Птенцом, что выпал из гнезда,
Всем телом вздрагиваю нервно,
Вот сорвалась с небес звезда -
Моя, наверно...
Мой клён, грозой воспламенён,
Горит свечой на повороте,
Ты ошибался, Соломон -
Не всё проходит...
Покоя нет, и воли нет,
И вместо лиц кругом затылки,
И тяжело найти ответ
На дне бутылки...
Сознанье заполняет ртуть,
Дрожит рука, и бьются блюдца,
И хочется упасть, уснуть,
И не проснуться...
* * *
Бессмертия алмазный коготок
Разбередит щекочущую рану -
Проснусь в ночи, водою из под крана
Смочу разбушевавшийся висок,
Присяду, сам с собой заговорю,
Бессвязно, как СГОРАТЬ-ГОРИТ-ГОРЕНЬЕМ,
Померкнет лист, изрыт стихотвореньем,
Взойдёт луна, в угоду сентябрю
Заплачет дождь, но засмеётся ветер,
Перечитав полуночный шедевр,
Исправлю НЕРВ на рифму КИСТЕПЕР,
И загрущу о том, что мне не светит...
Я волком бы
выгрыз
бюрократизм.
К мандатам
почтения нету.
К любым
чертям с матерями
катись
любая бумажка.
Но эту...
По длинному фронту
купе
и кают
чиновник
учтивый
движется.
Сдают паспорта,
и я
сдаю
мою
пурпурную книжицу.
К одним паспортам —
улыбка у рта.
К другим —
отношение плевое.
С почтеньем
берут, например,
паспорта
с двухспальным
английским левою.
Глазами
доброго дядю выев,
не переставая
кланяться,
берут,
как будто берут чаевые,
паспорт
американца.
На польский —
глядят,
как в афишу коза.
На польский —
выпяливают глаза
в тугой
полицейской слоновости —
откуда, мол,
и что это за
географические новости?
И не повернув
головы кочан
и чувств
никаких
не изведав,
берут,
не моргнув,
паспорта датчан
и разных
прочих
шведов.
И вдруг,
как будто
ожогом,
рот
скривило
господину.
Это
господин чиновник
берет
мою
краснокожую паспортину.
Берет -
как бомбу,
берет —
как ежа,
как бритву
обоюдоострую,
берет,
как гремучую
в 20 жал
змею
двухметроворостую.
Моргнул
многозначаще
глаз носильщика,
хоть вещи
снесет задаром вам.
Жандарм
вопросительно
смотрит на сыщика,
сыщик
на жандарма.
С каким наслажденьем
жандармской кастой
я был бы
исхлестан и распят
за то,
что в руках у меня
молоткастый,
серпастый
советский паспорт.
Я волком бы
выгрыз
бюрократизм.
К мандатам
почтения нету.
К любым
чертям с матерями
катись
любая бумажка.
Но эту...
Я
достаю
из широких штанин
дубликатом
бесценного груза.
Читайте,
завидуйте,
я -
гражданин
Советского Союза.
1929
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
