То ж, что мы живем безумной, вполне безумной, сумасшедшей жизнью, это не слова, не сравнение, не преувеличение, а самое простое утверждение того, что есть
В бредовой тишине разодранного мира,
где встречи не нужны и не страшны грехи,
мне пела о тебе срывая голос лира,
и камни превращались в забытые стихи.
Нам не о чём грустить, хоть прошлое как пламя
смуглянку- душу жжёт до безобразных дыр.
где мёртвый мотылёк прилип к оконной раме,
там осень выселяют из ливневых квартир.
Холодные глаза, промёрзшие ладони,
я в муфте тишины сподоблюсь руки греть,
вот, на камине спит и видит сказку слоник,
а хоботок его обломанный на треть.
Углем наметил на левом боку
Место, куда стрелять,
Чтоб выпустить птицу — мою тоску
В пустынную ночь опять.
Милый! не дрогнет твоя рука.
И мне недолго терпеть.
Вылетит птица — моя тоска,
Сядет на ветку и станет петь.
Чтоб тот, кто спокоен в своем дому,
Раскрывши окно, сказал:
«Голос знакомый, а слов не пойму» —
И опустил глаза.
31 января 1914,
Петербург
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
