Бухта в восторге от стихотворения, вот и разбухтелась)))
Хорошее. Вот только "волосатость" души вызывает некоторое недоумение. По-моему - это надо как-то исправить ))
А если простоволосая в смысле неприкрытая?
Да, Оль, именно так. Неприкрытая, открытая, и всё в этом духе)
Я рада, что ты так поняла. )
Здесь простоволосая - это открытая, ранимая, беззащитная. И бесшабашная еще. Но чувствительная...
Ну, я так её представляла, когда писала)
Оно и про меня.
Умниц, Тамил.
Кстати, если честно, то оно родилось у меня сразу же, когда я зашла на ристалище и прочитала там твои слова о молчании)
Получилось про нас))
Спасибо тебе!
ключевое слово - получилось)
Хорошее, очень. Из молчания получаются самые лучшие стихи.
Спасибо, Арина! Иногда его так не достаёт, этого молчания...)
А мне именно что простоволосая душа и понравилась всего сильнее ) Она и непричесанная, и не парадная, и домашняя какая-то... муза )
Дадада, дорогая Лора! И этот смысл тоже мною заложен в выражении "простоволосая душа")
Спасибо)
Хорошо, Тами, и очень. Баллов нет-буду должен
Спасибо, Мераб)
Баллы - это не обязательно) Главное - зашел, почитал)
"и так неслышно жалуется мне.."
На хруст в коленке, на холодный кофе
осенним утром. Тонкою струной
поранит пальцы и, нахмурив брови,
присядет рядом: «Можно я с тобой
до завтра… Можно…?»
Тамила,очень мне по душе твое "молчание"! Очень)))
Полночь в Москве. Роскошно буддийское лето.
С дроботом мелким расходятся улицы в чоботах узких железных.
В черной оспе блаженствуют кольца бульваров...
Нет на Москву и ночью угомону,
Когда покой бежит из-под копыт...
Ты скажешь - где-то там на полигоне
Два клоуна засели - Бим и Бом,
И в ход пошли гребенки, молоточки,
То слышится гармоника губная,
То детское молочное пьянино:
- До-ре-ми-фа
И соль-фа-ми-ре-до.
Бывало, я, как помоложе, выйду
В проклеенном резиновом пальто
В широкую разлапицу бульваров,
Где спичечные ножки цыганочки в подоле бьются длинном,
Где арестованный медведь гуляет -
Самой природы вечный меньшевик.
И пахло до отказу лавровишней...
Куда же ты? Ни лавров нет, ни вишен...
Я подтяну бутылочную гирьку
Кухонных крупно скачущих часов.
Уж до чего шероховато время,
А все-таки люблю за хвост его ловить,
Ведь в беге собственном оно не виновато
Да, кажется, чуть-чуть жуликовато...
Чур, не просить, не жаловаться! Цыц!
Не хныкать -
Для того ли разночинцы
Рассохлые топтали сапоги,
Чтоб я теперь их предал?
Мы умрем как пехотинцы,
Но не прославим ни хищи, ни поденщины, ни лжи.
Есть у нас паутинка шотландского старого пледа.
Ты меня им укроешь, как флагом военным, когда я умру.
Выпьем, дружок, за наше ячменное горе,
Выпьем до дна...
Из густо отработавших кино,
Убитые, как после хлороформа,
Выходят толпы - до чего они венозны,
И до чего им нужен кислород...
Пора вам знать, я тоже современник,
Я человек эпохи Москвошвея, -
Смотрите, как на мне топорщится пиджак,
Как я ступать и говорить умею!
Попробуйте меня от века оторвать, -
Ручаюсь вам - себе свернете шею!
Я говорю с эпохою, но разве
Душа у ней пеньковая и разве
Она у нас постыдно прижилась,
Как сморщенный зверек в тибетском храме:
Почешется и в цинковую ванну.
- Изобрази еще нам, Марь Иванна.
Пусть это оскорбительно - поймите:
Есть блуд труда и он у нас в крови.
Уже светает. Шумят сады зеленым телеграфом,
К Рембрандту входит в гости Рафаэль.
Он с Моцартом в Москве души не чает -
За карий глаз, за воробьиный хмель.
И словно пневматическую почту
Иль студенец медузы черноморской
Передают с квартиры на квартиру
Конвейером воздушным сквозняки,
Как майские студенты-шелапуты.
Май - 4 июня 1931
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.