"На старом кладбище"
На старом кладбище нет места суете,
Царит смиренное молчание природы,
Лишь робко дунет ветер в хмурый день,
Опавший лист в тиши о землю «грянет громом».
Упавший крест, чуть перекошенный забор,
Потерты надписи старинных плит надгробных,
А чуть поодаль, всем векам наперекор,
Стоит церквушка, возвышаясь благородно.
Вдруг треснет ветка, нарушая тишину,
И вороньё, с тревожным криком, оголтело
Рванется ввысь с ограды… натянув
Все струны чувств до невозможного предела.
Одно мгновение, и вновь над головой
Недосягаемость пустого небосвода.
Тут ни одной живой души, лишь ветра вой,
И бесконечное дыхание свободы.
Как- будто время здесь застыло навсегда,
Не властвует шальная быстротечность.
И только здесь нам, как нигде и никогда,
Дано понять особый смысл слова «вечность»
(с) Евгения Уральская
На старом кладбище нет места суете.
Природа здесь смирилась и заткнулась,
Хоть втайне рада, блин, что мы уже не те:
"Отгромыхали" в общей куче листьев снулых.
Упавший крест ударил в зад кривой забор,
Затёрты адреса на крышах наших гробных.
Но жкх кладбищенское, добрый вор,
Навтыкает свечей церквушке благородно.
Вдруг треснет ветка, нарушая тишину
И вороньё спугнёт, что отпевать собралось оголтело,
Все струны чувств нахально натянув,
В чужой могиле подселенца новенького тело.
Одно мгновение, и вновь над головой
Лишь небо, посерело на отлично.
Лежим уютненько под ветра нудный вой,
А наверху кряхтит свобода-астматичка.
Как будто время здесь застыло навсегда.
Ждём остальных, их гонит быстротечность:
С поминок наших жирная обильная еда
Кому-нибудь раскроет вскоре смысл слова " вечность".
Ни сика, ни бура, ни сочинская пуля —
иная, лучшая мне грезилась игра
средь пляжной немочи короткого июля.
Эй, Клязьма, оглянись, поворотись, Пахра!
Исчадье трепетное пекла пубертата
ничком на толпами истоптанной траве
уже навряд ли я, кто здесь лежал когда-то
с либидо и обидой в голове.
Твердил внеклассное, не заданное на дом,
мечтал и поутру, и отходя ко сну
вертеть туда-сюда — то передом, то задом
одну красавицу, красавицу одну.
Вот, думал, вырасту, заделаюсь поэтом —
мерзавцем форменным в цилиндре и плаще,
вздохну о кисло-сладком лете этом,
хлебну того-сего — и вообще.
Потом дрались в кустах, ещё пускали змея,
и реки детские катились на авось.
Но, знать, меж дачных баб, урча, слонялась фея —
ты не поверишь: всё сбылось.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
Авторизация
Камертон
