На самом краешке изведанного рая
сидела, ноги свесив в обреченный мир,
одноименная девчушка, то бишь Рая.
А рядом -- Брэд, который Питт (ее кумир):
"Смотри за край! Налево и немного ниже --
тяжелым шлейфом в море уползает шельф.
Еще левей -- огни неспящего Парижа!
А на Луне с принцессой вальс танцует эльф!"
И слова нет о бесподобной Анджелине!
И про уроки мама не ворчит сто лет!
И кислый привкус сирых, нищих поликлиник
растаял в сладости малиновых конфет...
Сидят плечом к плечу на иллюзорной крыше,
на них бессмысленно кривится диск Луны.
Танцоры спят давно, и Рая сонно дышит.
А в небесах перину снежной белизны
Сначала мать, отец потом
Вернулись в пятьдесят девятый
И заново вселились в дом,
В котором жили мы когда-то.
Все встало на свои места.
Как папиросный дым в трельяже,
Растаяли неправота,
Разлад, и правота, и даже
Такая молодость моя -
Мы будущего вновь не знаем.
Отныне, мертвая семья,
Твой быт и впрямь неприкасаем.
Они совпали наконец
С моею детскою любовью,
Сначала мать, потом отец,
Они подходят к изголовью
Проститься на ночь и спешат
Из детской в смежную, откуда
Шум голосов, застольный чад,
Звон рюмок, и, конечно, Мюда
О чем-то спорит горячо.
И я еще не вышел ростом,
Чтобы под Мюдин гроб плечо
Подставить наспех в девяностом.
Лги, память, безмятежно лги:
Нет очевидцев, я - последний.
Убавь звучание пурги,
Чтоб вольнодумец малолетний
Мог (любознательный юнец!)
С восторгом слышать через стену,
Как хвалит мыслящий отец
Многопартийную систему.
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
