Это ещё не рассвет, но в созвездиях рота за ротой
Звёзды за выслугой лет отправляют в запас.
Время пришло, и волшебная ночь со среды на субботу
Пьёт тишину и задумчиво смотрит на нас,
Смотрит и ждёт, что хоть кто-то под утро попросится выше,
Шаль ей накинет на плечи, прильнёт к её нежным устам.
Вот коротать бы с ним вечность на старых просмоленных крышах,
И не летать по утрам в Копенгаген, Париж, Амстердам.
Я бы до смерти остался с тобой, но часа через три на работу,
Дома - жена и родные, удачи, ошибки, коты...
Впрочем, я твой, как всегда, со среды по хмельную субботу.
Ты приходи... Я - давно уже пленник твоей наготы.
Первые два четверостишия и правда кажутся слабее, а вот третье - мне очень понравилось!) (Хотя из меня критик не ахти))
Это ещё не рассвет, но в созвездиях рота за ротой
Звёзды за выслугой лет отправляют в запас.
Время пришло, и волшебная ночь со среды на субботу
/ время пришло и ._ со среды на субботу
~ время, ._.. _ со среды на субботу -- m be акцентнее
Пьёт тишину и задумчиво смотрит на нас,
Смотрит и ждёт, что хоть кто-то под утро попросится выше,
/ Смотрит и ждёт, что хоть кто-то попросится выше
Шаль ей накинет на плечи, прильнёт к её нежным устам.
/ Шаль ей накинет на плечи и _. к устам
Вот коротать бы с ним вечность на старых просмоленных крышах,
/ Вот коротать бы с ним вечность ( ) просмоленных крышах, -- не длинная?
И не летать по утрам в Копенгаген, Париж, Амстердам.
/ мусор
Я бы до смерти остался с тобой, но часа через три на работу,
/ Я бы до смерти остался с тобой, через три на работу,
Дома - жена и родные, удачи, ошибки, коты...
/ Дома - жена и родные, ошибки, коты...
Впрочем, я твой, как всегда, со среды по хмельную субботу.
/ Впрочем, я твой, как всегда, ( ) по хмельную субботу. -- чисто по ритмике
Ты приходи... Я - давно уже пленник твоей наготы.
/ конец чисто для внутреннего пользования среди лялек. пустой он
Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться
Тихо, тихо ползи, Улитка, по склону Фудзи, Вверх, до самых высот!
Мой Tелемак,
Tроянская война
окончена. Кто победил - не помню.
Должно быть, греки: столько мертвецов
вне дома бросить могут только греки...
И все-таки ведущая домой
дорога оказалась слишком длинной,
как будто Посейдон, пока мы там
теряли время, растянул пространство.
Мне неизвестно, где я нахожусь,
что предо мной. Какой-то грязный остров,
кусты, постройки, хрюканье свиней,
заросший сад, какая-то царица,
трава да камни... Милый Телемак,
все острова похожи друг на друга,
когда так долго странствуешь; и мозг
уже сбивается, считая волны,
глаз, засоренный горизонтом, плачет,
и водяное мясо застит слух.
Не помню я, чем кончилась война,
и сколько лет тебе сейчас, не помню.
Расти большой, мой Телемак, расти.
Лишь боги знают, свидимся ли снова.
Ты и сейчас уже не тот младенец,
перед которым я сдержал быков.
Когда б не Паламед, мы жили вместе.
Но может быть и прав он: без меня
ты от страстей Эдиповых избавлен,
и сны твои, мой Телемак, безгрешны.
1972
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.