А я уже скоро повешу тех самых бабочек под потолком.
Но я еще даже не знаю, пьешь ли ты чай с молоком!
А надо будет оправдываться перед друзьями?
А что я скажу своей маме?
А повесим ли мы общее фото в гостиной?
А будем вместе заглядывать в витрины?
А писать маслом картины?
А еще я хочу купить настоящее черное пианино!
А мы будем долго лежать в выходной?
А объедаться гусиной фуа-грой?)
Просто ты мне такой родной-родной,
И такой всегда… настоящий-во-всем-герой!
Мы живем, под собою не чуя страны,
Наши речи за десять шагов не слышны,
А где хватит на полразговорца,
Там припомнят кремлевского горца.
Его толстые пальцы, как черви, жирны,
И слова, как пудовые гири, верны,
Тараканьи смеются глазища
И сияют его голенища.
А вокруг него сброд тонкошеих вождей,
Он играет услугами полулюдей.
Кто свистит, кто мяучит, кто хнычет,
Он один лишь бабачит и тычет.
Как подкову, дарит за указом указ —
Кому в пах, кому в лоб, кому в бровь, кому в глаз.
Что ни казнь у него — то малина
И широкая грудь осетина.
Ноябрь 1933
При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на «Reshetoria.ru» обязательна. По всем возникающим вопросам пишите администратору.
Дизайн: Юлия Кривицкая
Продолжая работу с сайтом, Вы соглашаетесь с использованием cookie и политикой конфиденциальности. Файлы cookie можно отключить в настройках Вашего браузера.
